Шесть часов утра, а я уже в участке. Никто из следователей еще не пришел. Я так устала, что едва в обморок не падала, однако действовала уверенно. На столе рядом с компьютером, двойным латте и пакетом с булочками из киоска лежал блокнот. Я занесла в него описание мужчины, который разговаривал с Ибен на причале в пятницу, как рассказал Роберт Киркебю.
И как я раньше не догадалась? Сегодня утром, мучась от бессонницы, я думала о том, как же жаль, что Роберт не может толком рассказать о том, что именно он видел. Как бы мне хотелось, чтобы у нас был еще один свидетель или хоть какие-то улики! Что-нибудь, чтобы подтвердить его показания, что-нибудь, чтобы он стал не просто каким-то мужчиной, который непонятно зачем бьет себя по голове. Я бы хотела этого и для самого Роберта; хотела бы, чтобы он хоть раз в жизни смог почувствовать себя важным. Человеком, от которого многое зависит. И тут вспомнила кое-что из того, что он сказал. Пакет из магазина «Кубус» в руках мужчины. В районе причала Стуркайа, где видели этого мужчину, других магазинов «Кубус» нет.
Руе Ульсвик уже просматривал записи с камер, но он был сосредоточен на том, что делали Ибен и Мариам Линд. И больше ни на что не обращал внимания. Крупный мужчина с широкими скулами и горбинкой на носу, в серой рубашке. Если я просмотрю все записи с камер возле магазина «Кубус», то смогу отыскать его.
Я пила кофе и ела булочку. Хорошо, когда тренируешься пять раз в неделю, — можешь при этом есть вкусные и вредные вещи. Я вовсе не такая «хорошая девочка», как всем кажется.
На записи видно, что в магазин входит много людей и столько же выходит из него. Пока среди них я не вижу никого, кто подходил бы под описание. Все либо молоды, либо женщины, либо одеты в свитера, куртки или рубашки не того цвета, либо в руках у них нет пакета.
