В глубинах космоса, за пределами известного человечеству, экипаж исследовательской станции "Гермес" сталкивается с непостижимым. На орбите загадочной планеты HD 40307 g, в 42 световых годах от Земли, пятеро ученых оказываются в самом центре событий, которые переворачивают все их представления о реальности с ног на голову.
Утреннее собрание экипажа проходило в напряженной атмосфере. Капитан Соколов окинул взглядом своих подчиненных: Елена Краснова, научный сотрудник, нервно постукивала пальцами по столу; Джон Чен, инженер, хмуро смотрел в свой планшет; Ольга Петрова, врач экспедиции, казалась бледнее обычного; и Майкл О'Брайен, пилот, беспокойно ерзал в кресле.
– Итак, – начал Соколов, – давайте обсудим вчерашний инцидент.
Елена вздрогнула, но ничего не сказала. Остальные члены экипажа тоже молчали, избегая смотреть друг на друга.
– Кто-нибудь может объяснить, почему все системы станции одновременно вышли из строя на 17 минут? – продолжил капитан. – Джон?
Инженер оторвал глаза от планшета и отложил его в сторону:
– Я… я не могу найти объяснения, капитан. Все показатели в норме, никаких следов сбоя или внешнего вмешательства. Это просто невозможно с технической точки зрения.
– Но это случилось, – резко сказала Ольга. – И мы все слышали… это.
Майкл поежился:
– Может, нам просто показалось? Знаете, космическое излучение, стресс, все такое…
– Всем одновременно? – скептически спросила Елена. – Ни за что не поверю.
Капитан Соколов поднял руку, призывая к тишине:
– Я понимаю, что мы все напуганы и сбиты с толку. Но мы профессионалы, и наша задача – разобраться в происходящем. Елена, что говорят приборы о планете?
Научный сотрудник нахмурилась:
– Вот в этом и проблема, капитан. Показания постоянно меняются, словно… словно планета живая и дышит.
В комнате повисла тяжелая тишина. Внезапно свет мерцнул, и по станции прокатился низкий, вибрирующий звук, от которого у всех побежали мурашки по коже.
– Вот, – прошептала Ольга. – Вот оно опять.
Звук нарастал, становясь все громче и неприятнее. Члены экипажа в ужасе смотрели друг на друга, понимая, что их худшие страхи начинают сбываться.
Внезапно все стихло. Капитан Соколов медленно выдохнул и произнес:
– Кажется, наша миссия только что стала гораздо сложнее и опаснее, чем мы могли представить.
Следующие несколько дней прошли в напряженном ожидании. Экипаж "Гермеса" старался придерживаться обычного распорядка, но странные звуки и необъяснимые сбои в работе оборудования продолжались.
Елена проводила большую часть времени в лаборатории, пытаясь разгадать загадку планеты HD 40307 g. Однажды вечером она позвала капитана Соколова.
– Посмотрите на это, – сказала она, указывая на экран. – Эти данные… они не имеют смысла.
Соколов нахмурился, глядя на хаотичные графики и цифры.
– Поясни.
– Я не уверена, – ответила Елена, – но похоже, что планета… меняется. Ее состав, атмосфера, даже гравитация – все флуктуирует с невероятной скоростью.
Внезапно сигнал тревоги разрезал воздух. Джон ворвался в лабораторию, его лицо было бледным от страха.
– Капитан, у нас проблема, – выпалил он. – Внешние датчики показывают… нечто. Оно приближается к станции.
Они бросились в командный центр. На главном экране мелькала красная точка, медленно двигающаяся к "Гермесу".
