— Хотела, чего? — зло запихнула последнюю валяющуюся банку с кофе. — Защиты? От кого, Ева? — встала. — Тара Рид права, только я себе угрожаю. Никому нет дела до сумасшедшей девчонки.
Медленно побрела к дому, в котором жила.
В это утро Ева открыла глаза, когда стрелки часов подбирались к полудню. Всю ночь она металась по холодной кровати, то просыпаясь, то впадая в граничащее со сном состояние. Перевернулась на спину, раскинув руки буравила синими глазами потолок. В животе заурчало, но девушка не шелохнулась. Работать сегодня она не будет. Заказ клиента был отослан еще перед походом в магазин. Можно отдохнуть. Только вот чем заняться, когда сердце кровоточит и ничего не хочется. Перевернулась на бок, доставая из-под подушки телефон. Провела пальчиком по монитору, заходя в галерею фотографий. Их совместное с Дареном фото. Внимательно всмотрелась в мужское лицо. Такие знакомые глаза. Но нет уверенности в том, что это воспоминание, а не желание принять желаемое за таковое. Сползла с кровати, направляясь в ванную. Открыла кран с водой, всматриваясь в грустное отражение в зеркале. Плеснула прохладной водой в лицо. Неожиданно до слуха донеслась трель дверного звонка, вывившая из душевного оцепенения.
Не задумываясь, наскоро вытерлась и кинулась к двери, на ходу запахивая полы махрового халата.
Лучась счастьем, распахнула:
— Дар… — резко осеклась, встречаясь с виноватым лицом Джеральда Тилла. Ноги чуть не подогнулись от отчаяния, смешанного с паникой. — Как вы здесь… как вы меня нашли? — запиналась, преграждая вход в квартиру.
— С трудом, но нашел, — вытащил из-за спины огромный букет роз. — Ева можно пригласить тебя со мной отобедать? — лучезарно улыбнулся.
— Я не голодна, — недовольно прошипела под громкое урчание предателя-живота.
— Я не кусаюсь, — попытался всунуть в ее руки букет. Девушка машинально сильно сжала стебли с длинными шипами. Удивленно уставилась на глубокие порезы. Ей же никто никогда не дарил цветов, и она не была готова к тому, что может поцарапаться о них.
— Ева, крошка, их надо скорее обработать, — аккуратно дотронулся до пораненных пальцев.
Тело девушки, окончательно вымотанное последними переживаниями, скрутил сильнейший нервный спазм, и она рухнула, крупно дрожа на колени. Джеральд растерянно завис над ней на миг, хотел кинуться помочь.
— Не трогай меня! — панически закричала, роняя на пол злосчастные цветы. — Сделаешь только хуже, — простонала, задыхаясь. Как же не хватает Дарена с его спокойствием, ограждающим ото всех страхов! В его объятиях можно расслабиться, быстро приходя в норму.
— О, Господи, что с тобой, — растерянно спросил, не зная, как быть дальше. Дарен что-то такое говорил про паническую боязнь прикосновений, но он только посмеялся, думая, девушка лжет.
— Джеральд, уйди… прошу, — закрыла глаза, отгораживаясь от пристального взгляда.
— Ева, давай попытаемся преодолеть это вместе, — неосознанно ранил еще больше каждым словом.
— До тебя уже пытались, — зло прошипела. Подула на скрюченные пальцы, разогревая их дыханием. — Прости, ты не виноват. Дай мне пару минут. Только не трогай меня, скоро все нормализуется, — попыталась выдавить вымученную улыбку. Джеральд послушно кивнул. Сел рядом прям на пол лестничной клетки на пятую точку, вытянув ноги и не боясь запачкать дорогие штаны.
Вечером, после бегства Евы, поехал в офис специально встретиться с Дареном. Как бы невзначай спросил про девушку. Он чувствовал вину перед другом, ведь все-таки Ева «принадлежала» ему, а как известно у друзей не принято отнимать женщин.
Дарен помрачнев, отвернулся, не желая что-либо говорить.
— Я так понимаю ты больше не собираешься с ней видеться? — напрямую спросил, надоело играть в «кошки-мышки». Если друг не имеет на нее видов, то можно не мучить совесть. Хотя он искренне не понимал, как можно просто отказаться от Евы. Джеральд видел ее впервые, но этого хватило, чтоб по уши влюбиться. Мимо таких девушек не проходят. Он чувствовал: между Евой и Дареном что-то произошло. После этого его друг себе места не находит, хотя в этом никогда и не признается.
— Почему она так тебя интересует? — бросил жесткий взгляд Дарен. Странные вопросы задает Джеральд. Он до этого никогда не интересовался с кем спит Дарен и уж тем более не волновался брошенными им женщинами.
— Не знаю, — пожал плечами. — Ты же носился с ней как курица с яйцом, а теперь ходишь злой словно зверь. Она отшила тебя?
Дарен, резко встал с кресла. На лице играли желваки. Темные глаза метали молнии. Если бы перед ним был кто-то другой, а не Джеральд, то получил по полной. Поэтому он просто вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.
Ева, наконец, еще подрагивая выпрямила спину и оперлась о дверной косяк:
— Прости за спектакль, — устало прошептала прерывисто дыша. — Детская травма. Мое тело не переносит прикосновений.
— Обещаю больше не трогать, — повернул в ее сторону лицо виновато улыбаясь и поднял примирительно вверх руки.
