– А станет? – резко вскочила, чуть не уронив свой стул. Сердце бешено колотилось в груди. Лечь в психиатрическую больницу – это признать свое сумасшествие, поставить крест на дальнейшей жизни. Кто захочет иметь дело с психически нездоровым человеком? Кто возьмет ее на работу? А как существовать без денег? Она помнила с каким трудом перебивалась на жалкое пособие от государства пока получала высшее образование. В те дни иногда приходилось выбирать потратить последние копейки на еду или на учебники. Никто ей не помогал, всем было безразлично. Повезло лишь только в том, что учеба давалась очень легко. Закончив школу с наивысшим балом, она смогла получить бесплатное место в колледже и это открыло множество дорог. Теперь девушка не могла потерять достигнутого.
– Успокойся! Для начала мы с тобой попробуем новый препарат, может он сможет стабилизировать твое состояние, – снисходительно указала рукой на стул.
– А с чего вы взяли, что оно не стабильно? – недоверчиво прищурилась Ева, плюхаясь обратно на место.
– Ты сейчас пытаешься увиливать. Помнишь почему оказалась здесь?
– Да, – понуро склонила голову.
– Скажи мне об этом, – с нажимом потребовала Тара.
– Суд вынес постановление, по которому я должна наблюдаться до тех пор, пока вы не дадите заключение о моем выздоровлении.
– Почему так произошло? – со стальными нотками в голосе потребовала доктор.
Ева, запустив пальцы рук в волосы сжала голову. Глубоко вздохнула чуть раскачиваясь. Как же ей надоело постоянно оправдываться в содеянном много лет назад. Неужели от нее никогда не отстанут? Иногда даже хочется сбежать, но невозможность нормально контактировать с людьми останавливает.
– Я пыталась покончить жизнь самоубийством, – очень тихо выдавила пересохшими губами. Резко выпрямилась, опустив руки:
– Но я этого даже не помню! – крикнула в негодовании. Отчаяние горькой волной растекалось по сердцу. Когда ей позволят тихо жить своей жизнью? Для счастья много не требуется.
– А то, как ты изувечила мальчика в детском доме? – не давая шанса выкрутиться.
– Это помню… он… он… – слезы все-таки прорвались наружу, расчерчивая мокрые дорожки на щеках.
– Можешь не оправдываться, – женщина участливо положила руку на сотрясающееся плечо. – Тебе необходимо социализироваться. Начать общаться с людьми. Только тогда я дам тебе положительное заключение, которое ты так желаешь заполучить.
Ева рьяно замотала головой, размазывая рукавом непрерывно льющиеся слезы. Для нее это почти не выполнимая задача. Она только недавно приспособилась к жестокой реальности. Нашла хорошо оплачиваемую работу, которую могла выполнять дома на компьютере, почти не пересекаясь с работодателем. Улица пугала до нервного остолбенения. А, если точнее, не сама улица как таковая, а люди, снующие по ней. Ее может узнать кто-то из того прошлого, которое сокрыто непроницаемой завесой. Некто из-за кого ее мучают ночные кошмары. Тот, кто сделал с ней нечто ужасное, от чего неокрепший детский разум закрылся на долгие годы.
– А как же семья? Рождение ребенка невозможно без противоположного пола, – продолжала настаивать доктор. – Не все мужчины мерзавцы. Большинство из них существуют для нашей радости…
– Глупость! – шмыгнув носом, попыталась улыбнуться. – Радовать могут животные, еда и еще куча всяких мелочей.
– Ты так и будешь жить мелочами? – продолжала давить женщина. – Ева, я очень хочу распрощаться с тобой, поняв, что смогла помочь тебе вылезти из кокона. В идеале, конечно, вернуть твою память и наказать того, кто совершил над тобой насилие. Но для этого ты должна сама постараться, а не продолжать закрываться.
– Ну не могу я! Тара, мне дико страшно, – сдаваясь прошептала.
– Так! – хлопнув в ладоши доктор встала. Подошла к шкафчику с лекарствами и достала одну из баночек:
– Это новый экспериментальный препарат, – протянула Еве. – Он должен помочь тебе взять эмоции под контроль. Только смотри, – сделала паузу привлекая все внимание девушки к следующим словам. – Одна таблетка в сутки. Ева – это важно! Одна таблетка.
Девушка, согласно кивнув, покрутила баночку в руках.
– Должно хватить на месяц. В любое время, если почувствуешь дискомфорт, ты должна мне сообщить об этом. Особенно, если память начнет возвращаться!
Если начнет возвращаться! Последние пять лет Рид эту фразу твердила постоянно. Будто если хоть один раз не произнесет, то воспоминания к ней не вернутся.
– Хорошо, – сдаваясь кивнула Ева.
– И персональное задание для тебя, – лукаво улыбнулась Тара. – Мне понравилось, что по твоему рассказу, некий Дарен кинулся тебе на помощь, несмотря на твою, мягко говоря, странную выходку. Он должен быть хорошим человеком.
Ева удивленно вскинула голову, встречаясь запуганными глазами с твердым взглядом доктора Рид. Не хорошая догадка посетила разум, сея смятение вперемешку с негодованием.
