Вот я и подумала, что та женщина, чтобы вернуть его обратно, сделала на него какой-то ритуал. Чтобы ему тошно было рядом со мною находиться.
Если это так, я бы хотела узнать способ, как снять такую остуду. Я готова принять честный выбор моего мужа. Готова отпустить, если он сам полюбит другую. Но я не буду молча смотреть на то, что Толей пытаются манипулировать как безвольной марионеткой…»
Чтобы снять остуду с мужа, воспользуйтесь следующим заговором:
В предыдущих книгах я объяснила, как делают порчу через ветер, а теперь научу вас, как это можно убрать. В среду на последней неделе месяца купите мака и заговорите его ровно в три часа ночи. Дождитесь, когда разыграется ветер, и ступайте на улицу. Встаньте лицом против ветра и бросьте наотмашь перед собой горсть заговоренного мака. После этого нужно скорым шагом идти домой. В пути не разговаривают, не оглядываются и не останавливаются ни на минуту. Нельзя рассказывать о проделанном ритуале ни чужому, ни родному, в противном случае ваш труд будет бесполезен.
Мак заговаривают так:
Из письма: «Случилось это уже почти двадцать лет назад. Была я совсем молодая и глупая. Восемнадцать лет, ветер в голове. Влюбилась в женатого мужчину, который ответил мне взаимностью. Да и как было не ответить – я к нему как кошка липла. А ведь я и красивая, и веселая, и характер у меня легкий. В семье меня с детства называли „наше солнышко“.
Этот мужчина стал моей первой любовью. Наши отношения – это было такое счастье! Я надеялась, что он оставит жену и уйдет ко мне. И всячески это провоцировала – нарочно пачкала губкой помадой воротники его рубашек, подсовывала в его карманы любовные записочки, незаметно душила своими сладкими духами воротник его пальто – я надеялась, что жена уличит его в неверности и выгонит вон.
Но вместо этого жена однажды появилась на моем пороге. Она оказалась значительно старше, чем я думала. Было ей уже под пятьдесят. Про таких говорят – со следами былой красоты. Она была похожа на бывшую балерину.
Жена не собиралась меня пугать – она пыталась по-человечески попросить, чтобы я вошла в ее положение и отстала от ее мужа.
– Ты такая юная, красивая, еще стольких замечательных мужчин встретишь. Он же в отцы тебе годится. А у нас с ним – уже родство, тридцать лет вместе. Нашему младшему ребенку всего шесть лет.
– Да он с вами только из-за ребенка! – сказала я. – Вас он давно уже не любит. И ничего в вас нет такого особенного. Единственное достоинство – ребенок! Вы уже старуха!
Женщина побелела лицом – видимо, я попала в больное место. Бывшие красавицы часто боятся стареть. Она придвинулась ко мне ближе и прошипела, что сделает так, чтобы у меня никогда в жизни подобного „достоинства“ не было. Пусть я красивая, пусть наглая, но детей мне не видать, никогда!
