Однако радость быстро сменилась тяжелым унынием. Чем дальше он читал, тем больше расстраивался. Иногда его охватывал такой страх, что он, боясь, что это кто-то увидит, даже прикрывал лицо рукой. Перед ним вдруг обнажился целый мир коварства, измены, всеобщего заговора, распространившийся, словно мор, по всему континенту.
Алеклия так разволновался, что, не прочитав и половины ониса, сбился, бросил и с удвоенным вниманием принялся читать послание с самого начала:
«Я, Фатахилла, пишу тебе, брат мой искренний.
Не волнуйся, доверяй мне. Я, Громоподобный, Интол всех интолов, всё помню и обо всех забочусь. Как Хомея распорядилась, так и будет. И ты знаешь, чего она хочет. Ты станешь интолом Берктоля, к этому присоединим Плазерию, Сердес и Сердессию, Тоир, Корфу, обе Яриады и бессчетное множество мелких стран. А ко всему этому добавим все полисы по берегам Яриадского моря и все племенные владения в обозначенных землях. Ты будешь вершить судьбы всех этих народов. Захочешь — казнишь, пожелаешь — милуешь. А может быть, обратишь всех в рабство — на всё только твоя воля.
Что же касается Авидронии, о которой ты всё время спрашиваешь, — не беспокойся. Все ее города и поселения будут стерты с лица земли. Там, где сейчас находится Грономфа, флатоны будут пасти свои несметные стада, ибо не растет трава сочнее и выше, чем на пепелище. Все же сокровища коротковолосых, которые принесут к моим ногам, я возьму себе, а третью часть раздам своим верным наместникам. И начну с тебя. Самих же авидронов мы не будем брать в плен и угонять в рабство. Они слишком прожорливы для пленников и слишком ленивы для рабов. Все, кому удастся выжить после битв с нашими мужественными воинами, будут потоплены в Анконе. Мои опыты уже неоднократно доказали, что потопление — самый милосердный и быстрый способ умерщвления больших толп.
Однако, мой мудрый и дальновидный советник, дела еще не все сделаны, чтобы начать великий поход флатонов. Поэтому наберись терпения — скоро придет черед возмездия. Пока копи ненависть, как это делаю я и мои воины, а ожидание твое скрасят двадцать тысяч берктолей, которые ты немедленно получишь тем же способом, что и раньше.
Время, которое осталось до вторжения флатонов на континент, не трать даром. Продолжай убеждать Юзофов, их правителей, все народы, что нет миролюбивее людей, чем флатоны, и что главное зло — авидроны. Постарайся сделать представителя Алеклии молчальником, чтобы он не смог нанести нам вреда своими речами. Авидронскую же армию, которая входит в состав союзнических войск, отошли как можно дальше, например в Вантику, чтобы она не смогла прийти Грономфе на помощь, когда понадобится. Помни и о том, что, когда всё начнется, партикулы Берктоля должны бездействовать, оставаясь в своих лагерях. Убеди Великих Юзофов в том, что сражения между флатонами и авидронами — личное дело этих народов и вмешиваться ни к чему. Ведь Авидрония не советовалась с Берктолем, вторгаясь в Иргаму!
Посылаю тебе список моих друзей — правителей многих стран, состоящих в Берктольском союзе, на послов которых ты можешь всецело положиться. Говори им, что делать, объясни, как следует голосовать в Совете. Все твои указания будут ими выполнены с превеликой радостью. Кто из них не подчинится воле твоей — сообщи мне его имя. Сообщи мне также имена остальных, кто противится твоим мудрым решениям и поддерживает Авидронию в ее устремлениях…»
Инфект остановился и вытер пот, который обильно выступил на его лбу и висках. Немного придя в себя, он продолжил чтение. Впрочем, остаток ониса до самого конца, не считая короткой приписки, был заполнен длинным перечнем стран и полисов — Иргама, Лидионеза, Штрихсванды, Бионрида, Лима, Галермо, Пизары… а также нескончаемым списком имен известных континентальных правителей и вождей. Многих из них Алеклия числил своими преданными друзьями, всячески им помогал и в случае надобности рассчитывал на ответную поддержку. «Измена, ужасная измена!» — подумал он в отчаянии.
Какое-то время Инфект провел в напряженных раздумьях: расхаживал вокруг совещательного стола, заложив руки за спину, и то и дело поглядывал на карту материка. Это была великолепная мозаика работы Неоридана, выложенная на полу.
Конечно, хорошо, что Яриады Северной и Медиордесс в этом списке нет. Да и с Бионридой всё понятно — тогда, в Бионе, он с Атревидом Послушным, в общем-то, обо всем договорился. Так что и с этой стороны опасности вроде не предвидится. И с Лимой уже разобрались. Лимские пираты теперь не скоро подымут голову. Иргама почти на коленях — самый сильный, самый коварный враг. Пусть даже Тхарихиб с Хаврушем и связаны с Фатахиллой. Что из этого?.. Даже рискованная авантюра в Лидионезе, похоже, окончится небывалым успехом. Лидионеза, несмотря на всю свою государственную мощь и безграничные человеческие ресурсы, проиграла вот уже три сражения, так и не найдя ничего, что можно противопоставить всего лишь шестидесятитысячной авидронской армии.