Имя Эдмонда Локара и его лаборатории засияло на небосклоне благодаря делу Латель и привлекло в Лион учеников и средства для исследований. Локар написал классический труд в семи томах «Трактат о криминалистике», на котором учились поколения ученых. Он утверждал: «Учитывая напряжение от совершения преступления, злоумышленник не может действовать, не оставляя следов», и поэтому среди криминалистов он стал известен как автор
В 1949 г. дело, начавшееся в благородной обстановке гостиницы «Онслоу-Корт» в лондонском районе Южный Кенсингтон, стало любопытным примером практического применения принципа Локара и важности специальных знаний для раскрытия преступлений. Гостиница была домом для многих очень почтенных людей, вышедших в отставку, среди которых была и шестидесятилетняя вдова, миссис Генриетта Хелен Оливия Роберте Дюран-Дикон. Несмотря на то что миссис Дюран-Дикон была вполне обеспеченной, она развлекала свой деятельный ум и питала свои амбиции, занимаясь изготовлением искусственных ногтей. Будучи общительным человеком, она поделилась своими мыслями с соседом, сорокачетырехлетним щеголем Джоном Джорджем Хаем. Мистер Хай внимательно ее выслушал, а затем предложил миссис Дюран-Дикон посетить его предприятие в Кроули, в Западном Суссексе, чтобы посмотреть, какие отходы производства можно будет использовать для изготовления искусственных ногтей. Женщина согласилась, и поездка была назначена на 18 февраля.
Через два дня во время завтрака в гостинице Хай выразил свое беспокойство по поводу отсутствия миссис Дюран-Дикон другим гостям. Он объяснил, что договорился встретиться с ней в лондонском универсальном магазине, в который миссис Дюран-Дикон отправилась утром, а оттуда он должен был отвезти ее на свое предприятие. Однако женщина на встречу не пришла. Остальные обитатели гостиницы были встревожены рассказом мистера Хая и решили обратиться в полицию.
Сержант полиции Ламбурн допросила Хая. Его елейная манера поведения сразу ей не понравилась, и она решила тщательно проверить полицейские записи, чтобы узнать, появлялось ли там его имя. Оно там было. Хай несколько раз отбывал срок по обвинению в мошенничестве и краже в Ноттингеме, Сюррее и Лондоне. Наверняка, дружеское доверие миссис Дюран-Дикон к этому человеку было неразумным.
Теперь, имея серьезные подозрения, полицейские посетили предприятие Хая в графстве Суссекс и обнаружили, что оно представляло собой складское помещение. На складе они нашли несколько интересных предметов: револьвер Энфильда тридцать восьмого калибра, восемь комплектов патронов к нему, защитную резиновую одежду, чек из химчистки, датированный 19 февраля, на пальто из персидского ягненка (похожее было у миссис Дюран-Дикон) и три баллона (специальных контейнера для едких жидкостей) для серной кислоты.
Через несколько дней после обыска «предприятия» драгоценности пропавшей женщины были обнаружены в ювелирном магазине, хозяин которого недавно приобрел их за 100 фунтов стерлингов. Мистера Хая пригласили в полицию, «чтобы помочь им в расследовании».
Во время допроса, который проводил инспектор Вебб 28 февраля, Хай внезапно подался вперед и спросил: «Скажите честно, какие шансы сбежать из Бродмура (психиатрической больницы для душевнобольных преступников)?»
Вебб не ответил. Тогда Хай сказал, что правда слишком нереальна, чтобы в нее поверить. Вебб формально предупредил его о наказании за дачу ложных показаний, и Хай ответил: «Миссис Дюран-Дикон больше нет. Она исчезла полностью, и вы не сможете обнаружить никаких ее следов. Я растворил ее тело в кислоте. На Леопольд-Роуд вы найдете осадок, оставшийся от нее». «Но, — сказал он, уверенно улыбаясь, — вы не сможете доказать, что произошло убийство, без ее тела».
В последнем утверждении мистер Хай ошибся, как заблуждались и многие другие преступники. Чтобы доказать убийство, суду не обязательно требуется тело жертвы; для этого достаточно состава преступления, т. е. совокупности свидетельств и улик, устанавливающих, что произошло преступление. Хай, не понимая этого и гордясь своей изобретательностью, умудрился даже продиктовать чистосердечное признание. Он убил миссис Дюран-Дикон и еще по крайней мере пятерых других людей, но у него есть хорошее оправдание своего плохого поведения.
