Франция. XIX век. Любовь и смерть, богатство и тюрьма, тайны и погони, авантюрные приключения и любовные романы известного коварного мошенника и соблазнительного красавца по имени Арсен Люпен — виртуозный грабителя, подчиняющийся лишь своему собственному кодексу чести, который стал детективом.
— Странное дело, Вельмон! До чего же вы похожи на Арсена Люпэна!
— Вы его знаете?
— О! Как и все прочие — по фотографиям, из которых ни одна не повторяет другой, но все вместе оставляют все-таки впечатление одного и того же лица… которое принадлежит именно Вам.
Орас Вельмон проявил скорее раздражение.
— Неужто, дорогой Деванн? И вы не первый, кстати, подметивший это, поверьте.
— И это настолько очевидно, — продолжал настаивать Деванн, — что если бы вас не рекомендовал мой кузен д'Эстеван, и если бы вы не были, к тому же, известным художником, чьи морские пейзажи приводят меня в восхищение, я спрашиваю себя, не оповестил ли бы я о вашем присутствии в Дьеппе полицию.
Шутка была встречена общим смехом. В зале большой столовой замка Тибермесниль, кроме Вельмонта, собрались аббат Желис, кюре селения, и дюжина офицеров из тех полков, которые проводили маневры в окрестностях, отозвавшихся на приглашение банкира Жоржа Деванна и его матери. Один из них воскликнул:
— Но разве Арсен Люпэн не был действительно замечен на побережье, после своего нашумевшего дела в скором поезде Париж.
— Гавр?
— Совершенно верно, с тех пор прошло три месяца, и на следующей же неделе, в казино, я познакомился с нашим милым Вельмонтом, который с тех пор соизволил оказать мне честь несколькими посещениями — приятными дебютами перед более основательным визитом… Которым он осчастливит меня в один из ближайших дней… но скорее в одну из ночей.
Посмеялись еще, и перешли в бывший зал кордегардии, обширное, очень высокое помещение, занимающее всю нижнюю часть Вильгельмовой башни, где Жорж Деванн хранил несравненные сокровища, накопленные на протяжении веков родом Тибермесниль. Сундуки и комоды, старинные таганы и канделябры украшали его. Великолепные ковры и гобелены свисали с каменных стен. В глубоких амбразурах — в стенах стояли скамьи, за которыми виднелись островерхие проемы окон в свинцовых переплетах. Между дверью и левым окном возвышалась монументальная, библиотека-шкаф в стиле Ренессанс, на фронтоне которой золотыми буквами было выведено слово «Тибермесниль», а пониже — гордый девиз семейства: «Поступай, как желаешь!»
И, пока закуривали сигары, Деванн продолжил:
— Однако Вам следует поторопиться, Вельмон, эта ночь для вас — последняя.
— Почему же? — произнес художник, с решимостью подхвативший шутку.
Деванн хотел ответить, когда мать подала ему знак. Но возбуждение, вызванное веселым обедом» желание заинтриговать гостей возобладали над осторожностью.
— Вот еще! — прошептал он про себя, — теперь об этом можно говорить. Бояться уже нечего.
Все расселись вокруг него, охваченные острым любопытством. И он объявил с довольным видом человека, сообщающего важную новость:
— Завтра, в четыре часа пополудни, Шерлок Холмс, великий английский сыщик, для которого не существует тайн, Шерлок Холмс, самый выдающийся разгадчик секретов, который когда-либо существовал, необыкновенная личность, казалось бы — во всех подробностях созданная из деталей, возбуждающих воображение романистов, Шерлок Холмс будет моим гостем.
Послышались возгласы. Шерлок Холмс в Тибермесниле? Это — всерьез? И Арсен Люпэн действительно находится в этих местах?
— Арсен Люпэн и его шайка не должны быть далеко. Не считая дела Кагорна, кому еще можно приписать кражи со взломом в Монтиньи, в Крюше, в Крассвилле, если не нашему национальному взломщику? Сегодня — моя очередь.
— А Вас предупреждали, как было с Кагорном?
— Один и тот же трюк не удается дважды.
— Тогда?
— Тогда? Поглядите!
Он встал и, указывая пальцем одну из полок библиотеки, небольшое пустое пространство между двумя огромными инфолио:
— Там стояла книга, издание XVI века, под заглавием «Тибермеснильская хроника», содержавшая историю замка с того года, когда его построил герцог Роллоном на месте феодальной крепости. В книге было три гравюры. Одна представляла собой общий вид владения, вторая — план построек, а третья — обратите особое внимание — трассу подземного хода, который одним концом выходит наружу, за первый пояс укреплений, а вторым — сюда, да-да, в этот самый зал, где мы находимся. Так вот, эта книга исчезла еще с прошлого месяца.
— Черт, — проронил Вельмон, — это дурной знак. Но этого еще недостаточно, чтобы оправдать вмешательство Шерлока Холмса.
