— И тут в тумане вырисовывается фигура. Тетушки останавливаются, а фигура-то движется прямо к ним. Тяжелая поступь эхом отражается от стен зданий.
Энджи тяжко топает по полу. Все вокруг сотрясается. Старая Мэри взглядом останавливает ее. Роль рассказчицы переходит к Донне.
— Но зданий тетушкам уже не видно — такой густой опустился туман. Правда, бабушка?
Старая Мэри кивает и подхватывает:
— Тетушки уже и понять хорошенько не могут, где находятся. А цоканье все ближе и ближе…
— Тетушкам уж стало казаться, что они потеряли в тумане дорогу и поднялись на вершину какой-то горы, — говорит Энджи. — На вершину горы поднялись в тумане…
Слово опять берет Старая Мэри:
— Они стояли и смотрели. Во мгле слышалось только
— Цилиндр и фрак, отец, — произносит Линда с придыханием.
— Одет с безукоризненной элегантностью, — сообщает священнику Венди.
Старая Мэри продолжает:
— Словно принц. Мэри и Лиззи поразились, какие у незнакомца яркие глаза. Роста он был очень высокого.
— Вот такого вот. — Энджи становится на диван и вытягивается во весь рост.
Дирижерская палочка переходит к матушке.
— В те дни в Тяп-ляпе человека во фраке, кроме как на поминках и свадьбах, можно было встретить только в ломбарде.
— «Добрый вечер, сударыни», — вкрадчиво шепчет незнакомец. Произношение у него такое, что не вдруг определишь, из каких он мест, — снова вступает Старая Мэри.
— «Д-д-добрый вечер, сэр, — бормочет в ответ Лиззи и автоматически делает реверанс. — Не п-п-продадите ли сигаретку?» — И матушка, изображая Лиззи, сама делает книксен.
Рассказ, как это всегда бывает, превращается в спектакль.
— Незнакомец улыбнулся им, — вставляет Старая Мэри.
— Скорее осклабился, — уточняет Линда.
Донна и Линда демонстрируют Бойлю тупые ухмылки. Эстафета переходит к Старой Мэри:
— Мэри покраснела и оглянулась. Кругом никого, только фонари да какой-то пьяный распевает вдалеке «Виски в кружке».
Венди принимается исполнять «Виски в кружке», но под укоризненными взглядами остальных умолкает. Импровизация — дело хорошее, а вот выпендриваться ни к чему.
Старая Мэри продолжает:
— Улыбнулся и отвечает: «Сигареток вам продать, сударыни? Да что вы. Я лучше сделаю. Я дам вам сигареты даром».
Старая Мэри поднимается с места, желая сама кое-что изобразить. Кэролайн хоть и не участвует, зато отвлечется от своей драмы. Это хорошо.
Старая Мэри изображает следующую сцену истории.
— Черная рука лезет во внутренний карман фрака и достает портсигар. Из чистого золота, отец, из чистого золота. Тетушки стояли словно зачарованные. Только представьте себе, отец, только представьте. — Старая Мэри достает из кармана воображаемый портсигар. — Он так и сверкал в темноте. Даже туман не мог скрыть его блеска.
Энджи и Джедди встают и превращаются в Мэри и Лиззи. Старая Мэри отступает в тень, чтобы, пока она рассказывает, все внимание слушателей было сосредоточено на Энджи и Джедди.
— Щелк — крышка открывается, а внутри все выстлано мягкой материей, словно в гробу. Незнакомец медленно протягивает им портсигар. Мэри старается рассмотреть, что же под блестящей крышкой, и видит, что в портсигаре полным-полно сигарет. Ряды за рядами. Незнакомец предлагает им самим взять сколько надо. Лиззи опять приседает и берет две штучки. Из вежливости.
Джедди делает книксен и вытаскивает из воображаемого портсигара воображаемые сигареты.
— Затем Мэри протягивает свои загребущие лапы, набирает по полной горсти сначала в одну руку, а потом в другую и прячет в складки платка.
— Будто портсигар бездонный, — поясняет Донна.
— Будто он бесконечный, — шепчет Линда, и дыхание ее пресекается.
Энджи изображает, как жадная Мэри хватает все эти сигареты и прячет в складки платка. Старая Мэри продолжает повествование. Механизм запущен, и его уже не остановить, даже если захочешь. Бойль не смог бы встать с дивана, даже если бы сам Господь был ему в помощь.
— Мэри все тащит и тащит сигареты из портсигара, а их количество не уменьшается. Они стоят рядами, будто маленькие тела. Незнакомец смеется, и глаза его на мгновение вспыхивают огнем.
— Будто у него в голове пылает огонь, святой отец, — говорит матушка.
Старая Мэри зловеще смеется. Мужчина, сидящий на диване, не имеет ничего общего с человеком, который час назад постучал в дверь Кэролайн и степенно представился. Старая Мэри изображает голос дьявола:
— «А не желаете ли, сударыни, выкурить сейчас со мной по сигаретке?» — говорит незнакомец шелковым голосом, будто священник. Извините, отец, я не хотела вас обидеть.
— Ничего, ничего, продолжайте. — Рассказ захватил Бойля.
Кэролайн вручает Старой Мэри зажигалку, чтобы Джедди и Энджи могли разыграть следующую сцену. Когда все готово, Старая Мэри продолжает:
— В глазах у мужчины прыгают красные звездочки. Он протягивает руку с зажигалкой Лиззи. Она берет сигарету в рот и прикуривает. Пламя зажигалки освещает всех троих. При свете видно, что мужчина чертовски красив.
