— Красивый камин, — хвалит Энджи.
— Где Кэролайн? — интересуется Линда.
— Пошла за печеньем, — отвечает Донна.
— Пошла в магазин, — произносит Венди.
— Пошла за водкой, — утверждает Джедди.
Все три ответа сливаются в один. Энджи кивает в знак понимания, хотя на самом деле она не разобрала слов и не поняла ничего.
Линда подъезжает к громаде камина и поднимает с пола пару трусов.
— Это еще что такое? — спрашивает она у Донны.
— Шмотки Бобби.
— А чего это они здесь делают? — осведомляется Энджи. Она подбирается поближе к Линде, опирается на ее коляску и разглядывает гору растерзанного белья.
— Она их сжигает, — взволнованно сообщает Джедди.
— Старая Мэри сказала, мы должны… — говорит Донна.
Но Линда и Энджи уже поняли и прерывают Донну на полуслове.
— Проклятие — да, да, да! — произносит Энджи.
— Чудесно! — подхватывает Линда и бросает в огонь трусы.
— Блин-компот, подкинь-ка еще исподников в огонь, а то колотун! — восклицает Энджи.
Линда подкидывает еще. Венди приходит в волнение и нервно снует по комнате, хлопая в ладоши, словно ее маленькие ученицы.
— Кстати, насчет колотуна. Угадайте, где голова Стейси Грейси?
— Не волнуйся так, Гвендолина, а то описаешься, — ехидничает Энджи.
Венди и Энджи глядят друг на друга.
— А все-таки угадайте, — говорит Венди с прежним воодушевлением.
Энджи, не отрывая от нее глаз, пожимает плечами, словно ей наплевать. Линда тоже пожимает плечами. На самом деле им совсем не наплевать, и Венди это знает.
— Она в мор… — Слово уже почти срывается с языка Венди, но тут на пороге появляется Кэролайн с хозяйственными сумками.
— Сюрприз! — кричат сестры хором.
Эмоции захлестывают Кэролайн. Сестры стискивают ее в объятиях, а ей хочется плакать. Линда растирает ей руки, чтобы они согрелись, ведь уже осень и вечер холодный. С тех пор как ей отказали ноги, она придумала много способов здороваться с людьми, не вставая с инвалидного кресла. Обнимая Кэролайн, сестры не забывают глянуть и в сумки. Думаю, эта сцена лучше всего характеризует моих сестер. Они могут проявлять искреннюю заботу о человеке и в то же время никогда не забывают о себе. Наконец Кэролайн удается что-то сказать сквозь слезы окружающей ее толпе.
— Ой, спасибо вам, что пришли.
— Не за что! — отвечают сестры, причем все сразу.
Но Кэролайн никак не может успокоиться.
— Прямо не знаю, что бы я без вас делала.
В ответ ее еще крепче сжимают в объятиях. Этого Кэролайн уже не может вынести и разражается рыданиями, и сестры отпускают ее, чтобы дать выплакаться. С каждым всхлипом голова у Кэролайн так и трясется. Энджи обнимает ее. Нет, не так. Энджи прижимает ее к себе, чтобы дать той выплакаться у себя на груди, вот так будет правильно.
— Не расстраивайся, все будет хорошо, — ласково говорит Энджи и материнским жестом похлопывает Кэролайн по спине.
— Дайте ей кто-нибудь чаю, — говорит Линда.
— Ну-ну, не бери в голову, не плачь. — Энджи привлекает Кэролайн к себе, выжидает несколько секунд и одаривает Кэролайн своим фирменным медвежьим захватом.
Кэролайн смеется и немного приходит в себя, высвобождаясь из объятий Энджи. Но тут она припоминает кое-что нерадостное:
— Угадайте, кого я только что видела в магазине?
Сестры пожимают плечами и смотрят друг на друга, как будто ответ написан у кого-нибудь из них на лбу.
— Бобби, — отвечает за них Кэролайн.
— Тебе померещилось, — говорит Линда.
— Это все твои эмоции. Со всеми случается, — поддерживает Джедди и описывает, что было с ней самой в тот год, когда Шон ушел от нее: стоило ей издали увидеть какого-нибудь мужика, как ей казалось, что это Шон.
Джедди уже наполовину убедила Кэролайн, что ей привиделось, как в дело вмешивается Венди, которой вдруг припомнилось, что Бобби звонил ей вчера вечером.
— Да, чуть не забыла, Бобби же мне вчера звонил.
Сестры готовы задушить Венди за это. Они смотрят на Кэролайн — не явились ли слова Венди последней каплей. Ведь в любой момент Кэролайн может сорваться и рухнуть в пропасть.
— Что он сказал? — интересуется Кэролайн. В ее глазах загорается свет надежды и освещает ее разум, словно луч маяка в ночном море, где-нибудь на побережье Донегола.
— Он говорил про Макгугана.
— А про меня он не упоминал? — спрашивает Кэролайн.
— Он хотел, чтобы я убедила тебя отказаться от услуг Макгугана.
Но Кэролайн насрать на Макгугана. Ее интересует только, что Бобби сказал Венди и какой у него при этом был голос. Вдруг из его интонаций можно сделать вывод, что он готов вернуться домой и начать все сызнова?
— Он про меня что-нибудь говорил? Про меня?
— Только про Макгугана.
— А какой у него был голос? Дружелюбный? Доброжелательный?
— Вообще-то испуганный, — говорит Венди.
— Испуганный! Значит, нервный. Он нервничал? Он беспокоился?
Знаете игру в «испорченный телефон»? Особенно здорово получается, когда один из игроков не в себе.
— Он не нервничал. Он был напуган.
— Но откуда ты знаешь, что он был напуган? Откуда ты можешь знать?
— Кэролайн, по голосу легко определить, напуган ты или нет.
