Она пропала шесть лет назад. Спустя пять лет после ее исчезновения родители похоронили пустой гроб. А еще через год она сообщила лучшим подругам, что возвращается. Но есть тот, кто точно знает, что вернуться она не может никак.
I
Я подняла глаза и остановилась. Тяжелый бумажный пакет с продуктами поставила на деревянную лавку возле подъезда, не отрывая взгляда от окна. В окне горел свет.
"Психопатка", – разозлился внутренний голос. – "Сама, небось, утром не выключила".
"Я его даже не включала", – ответила я.
Торшер за шторой притаился человеческим силуэтом возле большого горшка с цветком. Форточка приоткрыта, но это нормально. Я не терплю духоты.
Людей на улице почти нет. Я включила телефон – одиннадцать вечера.
Вызвать полицию?
"И что ты им скажешь?" – хмыкнул внутренний голос, – "Никто не приедет. Мотай лучше к подруге".
"Мне переодеться надо", – возразила я. – "И вообще я в своей постели спать люблю".
"Ну-ну", – отвернулся внутренний голос
Из арки вышел сосед Костик.
– Костик, – обрадовалась я и замахала руками.
Костик шел к подъезду быстрыми широкими шагами, сутулясь под тяжестью рюкзака.
– Костик, помоги!
Костик остановился возле меня и по привычке протянул руку, которую я автоматически пожала.
– Что случилось?
Рядом с Костиком я почувствовала себя увереннее. Спокойность вернулась.
– Да у меня свет в квартире горит, – и поспешно добавила, чтобы не показаться в глазах Костика дурой законченной. – Может, конечно, я сама утром выключить забыла, – помялась, – Но домой, что-то страшно идти.
Костик поднял голову.
– Где свет-то?
Света не было. Я открыла и закрыла рот.
– Ничего не понимаю.
Костик поправил рюкзак. Ему не терпелось его скинуть.
– Может, этаж перепутала. Пойдем, провожу, – и, набравшись героизма, добавил, – Давай квартиру осмотрим на всякий случай. Если боишься.
Я благодарно закивала, схватила пакет со скамейки и помчалась впереди Костика набирать код подъезда. Только бы он не передумал.
Мы с Костиком жили на четвертом этаже. Наши потрепанные двери целую вечность смотрели друг на друга. Перед тем, как идти ко мне, Костик бросил дома рюкзак и протер запотевшие очки.
Пока его не было, я посмотрела в щелку между дверью и стеной. Темнота. В дверном глазке тоже. Показалось что ли?
"Нет, – обижено буркнул внутренний голос. " – Я тоже видело".
Вернулся Костик. Он жевал бутерброд. Мне не предложил.
– Пойдем?
Я вставила и повернула ключ. Внутри было прохладно, даже холодно. Я зашла первой в квартиру, зажгла свет. Костик шёл следом.
Не снимая обуви и не закрывая входную дверь, мы обошли всю квартиру. Везде включили свет. Заглянули на балкон и в кладовку.
Костик расслабился.
– Спи спокойно, соседка. Всё чисто.
Причин задерживать Костика у меня не было, и я закрыла за ним дверь. А потом вставила ключ в нижний замок, которым никогда не пользовалась, и накинул цепочку.
Ужинать не стала. Выпила воды и пошла в душ.
Мылась с открытой дверью, то и дело отключая воду, чтобы слышать все, что происходит в квартире. Слышала, как изредка хлопали двери в подъезде.
Перед сном заглянула в шкафы. Свет выключать не стала.
Заснуть со включённым светом не получалось. Я щелкнула телевизор, укуталась в одеяло и задремала.
Из неглубокого сна меня вырвал внутренний голос :
«Беги!», – вопил он в панике.
Я открыла глаза. Свет в квартире был выключен. Телевизор тоже не работал.
В дверном проёме между моей комнатой и коридором стоял человек.
– Мама, – успела прошептать я мысленно.
В дверном проёме между моей комнатой и коридором стоял человек.
– Мама, – успела прошептать я мысленно.
От ужаса язык превратился в огромный кусок ваты. Я попробовала сглотнуть, но поняла, что не могу даже дышать. Открыла рот и стала пытаться втянуть воздух. Вата заполнила горло. В панике я вцепилась в одеяло, не спуская глаз с силуэта в коридоре.
"Носом, носом дыши", – завопил испуганный внутренний голос.
Человек дернулся, и шорох его куртки на секунду заглушил стук моего сердца. Я закрыла рот и выдохнула носом. Подобрала ледяные ноги к подбородку и выставила вперед локти в надежде огородиться.
Порыв ветра с треском распахнул форточку, шмякнул незапертой балконной дверью и захлопнул дверь в мою комнату. Человек остался в коридоре.
Мои глаза окончательно привыкли к темноте.
"Беги",– скомандовал внутренний голос , – "Кричи. Зови на помощь!"
Но я, как завороженная, смотрела на ручку двери и покорно ждала, когда она медленно опустится вниз, и дверь откроется.
Теперь кроме своего сердца я четко слышала человека за дверью. Он стоял с той стороны. Он ждал. Он дышал моим ужасом.
Где-то далеко, в параллельной вселенной, раздались голоса на лестничной клетке. Кто-то припозднился этой ночью.
"Кричи, дура", – бился в истерике внутренний голос .
Я не шевелилась.
Раздался щелчок. В квартире включился свет. Ворчливо заработал холодильник на кухне. Засветился экран телевизора.
Я продолжала сидеть и пялиться на дверь. Кто-то или что-то не ушло. Оно было еще там. Оно еще не решило – заходить внутрь или подождать. Подождать, когда выйду я.
Ужасно захотелось в туалет.
"Телефон", – напомнило уставший бороться со мной внутренний голоc.
