Жасмин и Ольга иногда присоединялись к разговорам с женщинами из соседних купе. Макс пытался уже заговорить с Сашей на английском. Тот пока запинался и искал слова в чуждом для себя, но изученном языке. Даже чуть впотел его лоб.
Распитие спиртных напитков было запрещено в поезде. А в вагон-ресторане разрешены спиртные напитки до 16,5 %, то есть пиво и вина. При нарушении запрета полагался денежный штраф, при необходимости проводник может вызвать транспортную полицию.
Но вечер был особенным – новогодним. Сами проводники и начальник состава были не прочь выпить шампанского или еще что покрепче. Да и ресторан был полон – все места заняты. Поэтому служащие решили закрыть глаза на запрет с предупреждением того, что в случае дебоша вызовут полицию. Так что проводники себя защитили от нарушения правил на работе.
– Ольга, может, все же пойдем в ресторан и там встретим Новый год? – спросила Жасмин.
– У нас дети. А там и так дефицит с местами. А вы молодые. Идите там празднуйте. А если не найдете места, то мы ждем Вас здесь.
– Ок. Тогда давайте мы старый год проведем вместе, – улыбнулась Жасмин.
– Вот это хорошая идея. Тогда начнем. Смотри, как мой смотрит уже на соседей. Те уже начали праздновать. Еще чуточку и он туда пойдет. Поможешь мне стол накрыть?
– Ага, – обрадовалась Жасмин.
Женщины быстро накрыли стол с холодной закуской. Бутылки все же не осмелились ставить на стол, а убрали под него.
Саша, увидев приготовления, обрадовался и оживился. Практически все тосты говорил он. Он также взялся веселить всех анекдотами. Такие темы ему, конечно же, было сложно говорить на английском. Было сложно и Жасмин передавать юмор на немецкий язык. Так что большей частью смеялись Жасмин и молодая семья. Макс больше смеялся над ними, как они веселятся в таких скромных условиях. Не нужны никакие рестораны, ночные клубы с крутой акустикой. Оказывается, достаточно скромного стола и веселой компании.
Чуть позже отдельные компании начали сливаться или перемешиваться. Так что Саша уже побывал в других купейных секторах. С очередного места он притащил гитару, которую одолжил на время. Он начал играть, но у него не совсем хорошо получалось. По его словам, последний раз он играл еще, будучи студентом и был, конечно, любителем. Дальше нескольких аккордов не шло. Когда начала играть Жасмин, многие пассажиры напросились в их сектор. Они первый раз слышали девушку-барда, исполняющую песни на немецком языке. Несмотря на непонятный язык, все слушали внимательно.
К двенадцати часам многие уже были навеселе. Они встретили Новый год под бой курантов, который раздавался по радио.
– Макс, ну как тебе встреча Нового года под бой курантов? – спросил Саша, выпев с ним очередную рюмку водки и закусив малосольным огурцом.
– Такого я раньше и предположить не смог бы раньше. Друзья просто не поверят, – вдохновленно сказал Макс.
– А ты, Макс, из тех, которые поддерживают санкции против России?
– А как ты думаешь, Саша? Моя фирма, как видишь, направила меня сюда по работе. Меня политика не интересует. Я в гадостях не разбираюсь.
Саша рассмеялся, но потом огорчился, ведь ему так хотелось поговорить о «гадостях». Тогда он переключился на Жасмин:
– Ты, Жасмин, тоже согласилась с тем, что столько прав предоставили геям у вас в Европе? У нас люди осуждают это, в том числе и я. С этими уродами надо бороться, а не помогать им.
Жасмин улыбнулась:
– Саша, ведь они рождаются так? Как с ними бороться? Убивать их? Лишать их заниматься между собою сексом? У нас приняли закон, защищающий их права, потому что было много проблем в юриспруденции.
– У нас нет проблем в юриспруденции, – утвердительно сказал Саша.
– Может, ты просто о них не знаешь? Ну, давай приведу тебе пример. Допустим, твой брат – гей. Ты его оставил в живых. Он начал жить с другим геем постарше него. Они вместе вкалывали, купили дом, машину и такое прочее. Вдруг несчастье – старший гей умирает. И знаешь, что происходит? Идут родственники этого гея и вступают в права наследования. Ведь твой брат кто ему? Просто друг. И таким образом брата твоего выгоняют из дома, и он становится неимущим. Приходиться тебе думать самому: помочь ему выжить или пусть все-таки умрет. А представь теперь, если они были бы законными супругами? Ты как, не хотел бы, чтобы твой необычный брат был защищенный законом?
Саша почесал затылок. Он оказался в тупике:
– Да, выходит, захотел, чтобы был он в загсе с другим педиком.
Тут вступила в полемику Ольга:
– Но, Жасмин. Эти педики совращают нашу молодежь!
– А вот совращение законом наказуемо.
– Да, ладно, что мы все об этом говорим. Давайте лучше потанцуем? – сказал Саша.
– Где, в коридоре? – спросила Ольга.
– А ты посмотри. Там уже танцуют.
Она окинула взглядом вагон. Люди действительно весело праздновали наступивший Новый год.
– Когда мы с тобой последний раз танцевали? – спросила Ольга мужу.
– Год назад?
– Тогда что сидишь? – посмотрела грозно Ольга.
Они танцевали медленный танец рядом с другими пассажирами. Их дети уже спали. Звучала по радио вагона тихо музыка.
