Порой мы поразительно невежественны в отношении своих позитивных ресурсов: либо не осознаем в полной мере, на что способны, либо это знание подавляем. Много лет назад в моей группе была одна женщина. Она спокойно произносила самые негативные (и несправедливые) слова о себе. В качестве эксперимента я попросил ее встать лицом к остальным пациентам и громко повторить несколько раз: «На самом деле я очень умная». Сначала она поперхнулась и не смогла сказать ни слова. Я помог ей — и она заплакала. Тогда я дал ей основу предложения:
Первые окончания звучали так:
Затем я предложил ей следующую основу:
Окончания были такие:
Следующая основа была такая:
Окончания были такие:
Существует немало способов, при помощи которых искусные терапевты помогают клиентам войти в контакт с внутренними ресурсами. Важно, на что ориентируется терапевт в первую очередь — на пассивы или активы (поведение врача часто отличается от декларируемых им убеждений).
Одним из главных секретов и величайших достоинств семейного психотерапевта Вирджинии Сатир была ее вера в то, что каждый человек обладает всем необходимым для решения своих проблем. Она не только прониклась этим сама, но и умела передать это убеждение своим подопечным. Если судить с точки зрения результативности, такая вера — одно из важнейших качеств любого психотерапевта.
Пациенты должны понимать: умение ликвидировать проблемы заложено в человеческой природе. Решения, которые мы принимаем в ответ на жизненные трудности и вызовы, осознанно или неосознанно нацелены на удовлетворение наших потребностей. Иногда средства, к которым мы прибегаем, непрактичны и даже саморазрушительны (невротичны), однако наша цель всегда благая — позаботиться о себе. Даже самоубийство можно воспринимать как трагичную попытку позаботиться о себе — к примеру, избавиться от невыносимых страданий.
В юности мы порой отвергаем и подавляем эмоции, вызывающие неудовольствие авторитетов, и сотрясаем тем самым баланс своего «я». Для ребенка такое подавление имеет функциональную полезность — это качество, необходимое для выживания, и намерение ребенка — жить успешнее или, по крайней мере, максимально ослабить негативные ощущения. Со временем, однако, мы расплачиваемся за свой конформизм самоотчуждением, искаженным восприятием и другими подобными симптомами.
Уделом тех, кто в юности испытывал душевную боль и отторжение, становится политика самозащиты — отвергать других первым. Конечно, к счастью она не ведет, и все-таки ее цель — не вызвать страдания, а ослабить их.
Стратегии выживания, которые не служат нашим интересам, а, напротив, наносят нам ущерб, но за которые мы все же цепляемся как за бревно в бурном море, психологи именуют невротичными. Те же, что отвечают нашим интересам, называются «стратегиями правильной адаптации» — например, ходить, говорить, думать, зарабатывать на жизнь.
