Шесть тополей полностью

Т р о ф и м. Так, так. Молодец вы, Николай Петрович. Трудно было, а в люди выбились. Большим человеком стали. Молодец! Этакий сорванец бегал… Кто мог знать, что вот такой будет!.. И квартира небось в городе хорошая?

С т у ж и н. Неплохая.

Т р о ф и м. И оклад небось — дай бог каждому!

С т у ж и н. Да в этом ли только дело, Трофим…

Т р о ф и м. Иванович. В полном, можно сказать, достатке и довольстве проживаете?

Из дома выходит  Л и з а. Она уже переоделась в яркое нарядное платье. На плечи наброшен кашемировый полушалок с кистями.

Л и з а. А мы что грибы — все подле леса. Подле сосен… Здравствуйте, Николай Петрович!

С т у ж и н (подает руку). Ну и красавица! Ну и фея лесная!

Л и з а. Да где уж нам!

С т у ж и н. Рассказывайте про житье-бытье в лесу дремучем.

Л и з а. Муж мой войны боится… А здесь, говорит, как в берлоге. Пишут что-нибудь про войну в газетах?

Т р о ф и м. Не досаждай человеку глупыми вопросами.

Л и з а. Глупыми? Но ведь ты боишься! И я боюсь! Везде говорят: мир, мир! А я боюсь! Атомы, самолеты, вертолеты. Страх берет, как подумаешь — опять война!

С т у ж и н. Ну, почему вы решили?..

Л и з а. Грибов в этом году много. Примета… Я не видала своей молодости… детства… А теперь! Теперь только бы жить да жить. Жить для себя — и ни о чем не думать!

С т у ж и н. Ну и живите на здоровье, не думайте!

Т р о ф и м. И чего ты заладила? «Боюсь! Боюсь!» Ты гостя в дом пригласи. Песню хорошую спой.

Л и з а. Мы иной раз с мужем забавляемся: в дурачка подкидного играем и по очереди под столом кричим «кукареку». (Уходит в дом.)

Послышалась музыка.

Т р о ф и м. Моя супруга нраву кроткого, покладистая. И хозяйка хорошая. Я своей судьбой доволен. Проходите, Николай Петрович.

Уходят в дом. Появляется  С е р г е й.

С е р г е й. Кто же это у них на машине? (Несколько раз посвистел, снова скрылся за деревьями.)

Из дома выходит с туесом  Л и з а. Оглядывается по сторонам, идет в погреб. Тут же возвращается.

Л и з а (подает в окно туес). Потчуй, Троша, гостя. Квас холодненький. А я за цыплятами погляжу. (Расстроенная, ходит по двору.)

На крыльцо выходит  Т р о ф и м.

Т р о ф и м. Что, Лиза? Опять коршун?

Л и з а. Ястреб… Иди к гостю.

Т р о ф и м. И чего ты такая?

Л и з а. Какая «такая»?

Т р о ф и м. Не в своей тарелке. Не дури хоть при нем-то.

Л и з а (громко). В избе духотища! Николай Петрович, выходите на крылечко! (Мужу.) Что же ты, хозяин, гостя покинул?

На крыльцо выходит  С т у ж и н.

Троша, вынеси баян! (Стужину.) Мы с мужем весело живем. Он играет на баяне, я пою. Троша, сыграй!

Т р о ф и м. Сдурела, Семеновна?

Л и з а (приносит баян). Играй, Троша! Да веселее!

Трофим, с тревогой поглядывая то на жену, то на Стужина, играет «Златые горы».

(Поет с надрывом.) «Ты пропил горы золотые и реки, полные вина…» А теперь идемте, я вам покажу наше хозяйство. (Берет Стужина под руку.)

Т р о ф и м. Какое там хозяйство… Дом, он у всякого есть. В поселке все строятся.

Л и з а. А гуси? Вы видели наших гусей? Вон они у речки. А уток? Это все наши. И куры, и индейки. А вот там, за косогором, есть участочек, там лен-долгунец цветет.

Т р о ф и м. И наговоришь ты, Лизавета! Николай Петрович и в самом деле подумает…

Л и з а. Там ивняк рос, мы его раскорчевали и засеяли.

С т у ж и н. А лен зачем вам?

Л и з а. Лен для холста. Холст для савана. А эти плахи для гроба!

Т р о ф и м. Спьяну несешь всякую чепуху. (Стужину.) Моя жена шутница. Идемте в дом. Музыку послушаем.

С т у ж и н. Да мне, пожалуй, пора уж.

Т р о ф и м. Что вы, Николай Петрович! Погостите!

Л и з а. Погостите, Николай Петрович! Или тополей навестить торопитесь?

Т р о ф и м. Да будет уж, Лизавета. Перестань.

Л и з а (мужу, в лицо). Я только начала!

С т у ж и н. Я слышал, у них Сергей ушел из дому?

Л и з а. Говорят. А что? От погибели его спасти хотите?

Т р о ф и м. Семья большая, а толку… Как от этих тополей, что насажал Федор подле своего дома. Что за человек — понять не могу.

С т у ж и н. Наверно, постарел Федор? (Внимательно смотрит на Лизу.)

Т р о ф и м. Такая жизнь у него… Иван, значит, вроде от семьи совсем откололся. Артистка тоже воротилась. Поговаривают, насовсем. А Сережка… Выгнали с работы. Жена уговорила, взял к себе в объездчики. А про остальных и говорить не стоит — мелкота. Все, что эти тополи, высокие, красивые, да радости и пользы от них никакой! Митрий был ничего. На войне погинул парень. Совсем мальчишкой… Вместе мы с ним в Брянских лесах немца лупили.

Л и з а. Это когда же? Что-то не помню…