— Извини, пожалуйста, Лаура, за прямоту, но мне не по нутру, когда всякая шваль пользуется тем, что они наши однофамильцы! Лиза — графиня! Держите меня! — Джозефа истерически захохотала.
— Извини, ради Бога, — смутилась подруга. — Я не думала…
— Ты меня извини, — успокоилась Джозефа. — Меня всегда зло берет, когда разные там графья…
Мэр города отправился посмотреть новое оборудование, установленное в отделе учета населения. Начальник отдела Клаудио Вичедомини разъяснял начальству, какие воистину сказочные возможности открывает новая электронная установка, заведенная в мэрии совсем недавно.
— Эта машина, — повествовал начальник отдела, — выполняет за три секунды работу, на которую прежде уходил целый рабочий день у одиннадцати служащих. — Он широким жестом указал на огромный щит, весь в каких-то кнопочках и рычажках. — Вот, к примеру, господин мэр, вы можете выбрать любой, ну совершенно любой день в прошлом и за три секунды получить полную демографическую картину нашего города на это число.
— Ну, положим… — задумался мэр, — положим, шестнадцатое июня… тысяча девятьсот пятьдесят седьмого года.
— Превосходно! — обрадовался Вичедомини. — Нажимаем кнопки — вот так. И получаем…
Послышалось легкое жужжание: нечто таинственное происходило в чреве машины. Через секунду в корзину выпала картонная распечатка.
— Ага! — возликовал Вичедомини. — Вот полная картина демографического состояния нашего города на указанную вами дату. С одной стороны указаны рождения — заметьте, все по часам, а с другой, обратите внимание, — смерти.
Мэр из вежливости взял распечатку в руки и рассеянно пробежал глазами графу смертей: Коцци Летиция, в браке Дзагетти Брин, Предиканти Серджо, Скарабатти Пьеро, Какопардо Гульельмо, Альфонси Эрнеста, по мужу Смидерле, Страцци Джузеппе, Паньи Федерико, Пассалакуа Джозефа, по мужу Скварча…
— Паньи, Паньи, — пробормотал мэр, что-то припоминая. — Паньи Федерико, где-то я слышал эту фамилию.
— Правда, изумительно? — прервал его воспоминания Вичедомини.
— Изумительно, — рассеянно отозвался мэр.
— А теперь пройдемте посмотрим картотеку, позвольте, я пойду первым. — Вичедомини, не переставая улыбаться, повернулся к девушке-служащей. — Синьорина Элиде, не забудьте потом выключить свет.
Бенджамен Фаррен, журналист, сел на диван, поставил на колени портативную машинку, вложил лист чистой бумаги, закурил трубку и, улыбаясь, начал писать:
Главному редактору «Нью-глоуб»
Уважаемый господин редактор!
Как старый и преданный читатель еженедельника, которым Вы руководите твердой рукой и с большой мудростью, позволю себе выразить свое скромное суждение, побуждаемый единственно желанием внести, пусть весьма незначительный, вклад в дело, коему Вы с великой верой служите.
В последнее время на страницах «Нью-глоуб» появляются статьи на самые разные темы за подписью некоего Макнамары. Не знаю, кто он и за какие заслуги приглашен сотрудничать в печатном органе, который вполне справедливо признан наиболее серьезным и авторитетным еженедельником нашей страны. Однако не только я, но и многие весьма культурные и занимающие высокое положение читатели целиком разделяют мое мнение, считая, что подобные статьи несовместимы с профессиональным достоинством и благородством устремлений, отличающими «Нью-глоуб». Общие фразы, жалкие потуги на остроумие, длинноты, ошибки и т. д. и т. п.
Исписав целую страницу, он начертал: «Ваш искренний друг». Затем, сложив лист, сунул его в конверт, аккуратно вывел адрес, наклеил марку, взял шляпу и зонтик, вышел из дома и опустил письмо, после чего, с наслаждением вдыхая теплый летний воздух, отправился в редакцию «Нью-глоуб».
— Добрый вечер, господин Фаррен, — почтительно поклонился швейцар.
— Добрый вечер, Джереми, — добродушно ответил Фаррен.
В коридоре на втором этаже он встретил Макнамару.
— Здорово, старый пират! — приветствовал Бенджамен коллегу, дружески хлопнув его по плечу. — А знаешь, твоя вчерашняя статья совсем недурна. Ты просто молодец!
Молодой Макнамара, покраснев, смущенно пробормотал:
— Спасибо.
— Что новенького? — сразу же спросил Фаррен, входя в комнату хроникеров.
— Ничего особенного, — ответил его помощник. — Открытие выставки тканей, мелкая кража, конфискация наркотиков.
— Снова марихуана?
— Нет, на этот раз кокаин.
— Есть задержанные?
— Ни одного. Они чисто работали.
— Что ж, несколько суровых фраз не помешают. Вежливый, но твердый упрек начальнику полиции. Необходимо для порядка!
Бенджамен велел принести ему сведения, усмехнувшись, снял пиджак, подвинул пишущую машинку, закурил трубку и начал строчить:
