- А что ты не понимаешь? - спокойно сказал Задоров. - У людей командировочное удостоверение, подписанное председателем горсовета. Что же он, по-твоему, не советская власть, что ли?
Из ворот выехала двуколка и быстро покатилась к лесу. Откормленный жеребчик энергично перебирал ногами. Двое сидели в двуколке, оба в брезентовых плащах с поднятыми капюшонами. Лица их не были нам видны. Они рассчитывали на то, что мы не успеем остановить их, но Харбов ринулся вперед и дернул за вожжу. Жеребчик свернул и остановился.
- А ну-ка, Задоров, - крикнул Андрей, - проверь бумаги у этих молодчиков!
- Отчего ж, - спокойно согласился Задоров. - Проверить следует. Это не помешает. Дайте-ка, граждане, документы.
Какое-то бормотание донеслось из-под капюшона, но Задоров в ответ отрицательно покачал головой.
- Тут, граждане, - сказал он, - ничего такого секретного нет. Документы покажете и, если в порядке, проедете куда надо.
Из-под брезентового плаща высунулась рука с удостоверением. Задоров взял его, прочел, посмотрел на брезентовый капюшон и начал читать второй раз. Удивление было на его лице.
Харбов подскочил и через плечо Задорова прочел удостоверение.
- Ерунда! - громко и весело сказал он. - Не может быть, чтоб это был председатель горсовета. Проверьте личность, товарищ Задоров. Наверное, просто кто-нибудь украл документы. Что делать товарищу Прохватаеву у кулака Катайкова?
- Покажите личность, - хмуро сказал Задоров.
Капюшон откинулся. Мы увидели пышущее яростью лицо Прохватаева.
- Давай документ, - сказал он и вырвал удостоверение из рук Задорова. - А ты, комсомол, зря суешься не в свое дело! Пожалеешь!
- Привет товарищу Пружникову! - сказал Харбов, любезно кланяясь спутнику Прохватаева.
Второй капюшон тоже откинулся, и управляющий делами городского Совета ласково улыбнулся нам.
Двуколка скрылась за деревьями. Мисаилов бросил окурок на землю и тщательно растер его ногой.
- Ну что же, - сказал он вставая. - Пошли! Больше нам здесь делать нечего.
Тяжелые створки ворот медленно закрывались. Загремели запоры. Хутор замолк.
И тут на полянку выбежал дядя. Он задыхался. Пот лил с него градом. Видно было, что он из последних сил торопился, боясь нас пропустить. За ним шагал свеженький, ничуть не уставший Николай Третий.
- Вы здесь? - кричал, задыхаясь, дядя. - Важные вести… - Он дотащился до пня, сел и, громко дыша, прерывающимся голосом, замолкая, когда не хватало дыхания, стал рассказывать.
- Я говорил, девка - пятое дело. Не в девке суть. Тут такие дела творятся, ужас один!
- Ну что? - сказал Харбов. - Говорите же!
- Тут у Катайкова… полный ералаш!.. - задыхаясь, начал выпаливать слово за словом дядька. - Хозяин сбежал… Корабль за ним придет… Увезет в дальние страны… Понимай, за границу… Ценности все забрал… Какие-то жемчуга и каменья ему привезли… Жену бросил… Жена рыдает… Совсем уехал… Навечно… Колька соврать не даст…
- Все правильно говорит, - хмуро подтвердил Николай Третий. - Я сам слыхал. Какие-то жемчуга и каменья и корабль на море ждать будет.
Наступило молчание. Дядька сопел, как паровоз, и никак не мог отдышаться, а Колька маленький с интересом ждал, что будет дальше и как мы станем себя вести.
- Вот тебе, Васька, и свобода любви! - сказал Харбов. - Видишь, как оборачивается дело.
- Да, - согласился Мисаилов, - тут вопрос другой. Ну, далеко-то они не ушли.
- Далеко не далеко, - сказал Харбов, - а не догонишь. Они на лошадях, а мы пешие. Если они в Петрозаводск, тогда, конечно, дадут знать и задержат. Но только не думаю, чтобы в Петрозаводск.
- Может, на Каргополь? - сказал Силкин.
Харбов покачал головой.
- Не думаю, чтобы на Каргополь, - сказал он. - Там телеграф, телефон, там задержать не сложно. Да и от границы далеко.
- На север, - прохрипел дядька между двумя вздохами. - Людей засылали… за Водл-озеро… Мешки с едой туда отвозили…
- Конечно, - кивнул головой Харбов. - Там ищи-свищи! И знать никому не дашь: ни телефона, ни телеграфа.
- Ну, брат, - сказал Тикачев Мисаилову, - Ольга-то молодец! За границу бежать собралась.
- Вздор! - резко сказал Мисаилов. - Не понимаешь разве, что обманули ее? Я, ребята, иду за ними.
- Все мы идем за ними, - сказал Харбов. - А вы, Андрей Аполлинариевич, прямо к секретарю укома. В укоме сейчас не застанете секретаря, так вы к нему домой. И стучите поэнергичней. Вежливость свою позабудьте… А ты, Задоров, милицию потревожь. Они там привыкли почесываться, так ты объясни, что дело не шуточное.
- Куда вы пойдете, ребята? - сказал Задоров. - У них небось оружие, а у вас что? Палок наломаете, что ли? Да и продуктов нет. Там знаете какие места…
- Доберемся! - сказал Харбов. - Взять их без оружия мы, может, и не возьмем, а след не упустим. И никуда они от нас не уйдут.
- Ладно болтать-то! - сказал Мисаилов. - Время только теряем. Пошли!
