– Это место не напрасно я выбрал. Здесь стык не только двух погранзастав, но и отрядов. А такой участок, как правило, контролируется слабо. Наряд четвертой заставы одного отряда, как и наряд первой заставы другого отряда, на тропу и вход в ущелье смотрят, конечно, но не особо внимательно. Надеются друг на друга.
– Это типа мы не увидим, соседи заметят?
– Что-то в этом роде. Но скорее: зачем нам лезть в опасную зону, если это могут сделать соседи. В общем, если идти осторожно, то пройти можно. Главное, не засветиться перед отрядом восточного крайнего поста четвертой заставы.
– Почему? – спросил Али Казоев.
– Потому, что с начальством западного отряда ваш шеф, насколько мне известно, договорился о «коридоре», а вот с восточным отрядом нет.
– Мы прошли, не засветились, и отряд пройдет. Баршан опытный воин, он не поведет людей скопом.
– Посмотрим. Но уйти обратно мы в любом случае сможем, закрыв пост. Помощь и поддержка подойти не успеют. А ночью и «вертушки» не полетят. Да, денег лишимся, но сохраним жизнь.
Лупко задумчиво покачал головой. Ему совсем не хотелось лишиться обещанного вознаграждения, на которое он в Украине не только особняк поднимет, но и дело крупное откроет. Лупко давно мечтал стать хозяином в своем селе. Построить животноводческий комплекс, купить элитных коров и жить с молодой женой в шикарном особняке на берегу Днепра. Тогда он и местным главой заделается. Ведь у сельчан нет дома работы, больше в города ездят, кто-то в Россию, кто-то на запад. А тут работа на селе появится. И все проголосуют за него. И с властью высокой он найдет общий язык, как истинный патриот, воевавший против оккупантов на их территории, и для радикалов своим станет. А значит, делай что хочешь, никто не придерется.
Мысли Лупко прервал Станадзе:
– Витя, ты что-то не понял?
Словно очнувшись, Лупко поправил автомат:
– Задумался. Украину, жену вспомнил.
– Бегом в ущелье. И аккуратней. Помни, справа пост, вход в ущелье с него частично виден, прижимайся к восточным кустам, а далее к склону.
– Не надо меня учить. До связи!
– До связи, академик.
Лупко посмотрел на грузина, хотел ответить, но не стал, молча двинулся к ущелью.
Отправив Лупко, Станадзе повернулся к Казоеву:
– Али, посмотри-ка еще раз пост.
– Ты хочешь, чтобы я без одежды остался? Придется ползти по колючему кустарнику.
– Лучше остаться без одежды, чем без головы.
– С этим трудно спорить. Ладно, ты начальник тут, подчиняюсь.
Казоев прополз в кусты и полез дальше к прогалине, оттуда можно было видеть наряд на посту.
Спустя десять минут радиостанция Станадзе сработала сигналом вызова:
– Да, – кратко ответил проводник.
– Я!
– Слушаю, хохол.
– Внизу чисто.
– Впереди?
– Там изгиб, метрах в пятистах, до него никого нет.
– Укрывайся, смотри местность и жди.
– Принял.
Вернулся и Казоев.
Стряхнул с себя прилипшие колючки можжевельника, цокнул языком.
– Что? – спросил Станадзе.
– Ладони порезал и куртку порвал. Надо перевязаться.
– Я спрашиваю: что по посту?
– Да ничего. Наряд внутри. Такое ощущение, что он приготовился к ведению круговой обороны.
– Он так и должен нести службу. Значит, везде все спокойно.
– У хохла тоже чисто?
– Да. Перевязывайся, надо будет, помогу.
– Сам справлюсь.
Казоев достал санитарный пакет, начал перевязывать раны.
Станадзе отошел в сторону, включил радиостанцию:
– Санар?! Линия!
– Слушаю тебя, – тут же ответил главарь банды, посмотрев на часы, стрелки которых подошли к отметке 12.
– У нас спокойно. Наряд на посту. Хохол сообщил, что в ущелье до изгиба никого.
– Хоп. Это хорошо. Ты скажи, как запускать вниз отряд, чтобы он не был виден с поста?
– По одному, с интервалом секунд в тридцать. Бойцам прижиматься к восточным укрытиям. Так же и до самой площадки. Непосредственно у столба можно будет передохнуть, рассредоточившись, перед третьим этапом.
– Как-то слишком спокойно ведут себя пограничники, тебя не кажется?
– Нет, не кажется, мне вообще ничего никогда не кажется. Для меня либо есть, либо нет.
– Ну, ну. Мы начнем подъем и сразу совершим спуск. Встречайте бойцов, помогайте рассредоточиться.
– Понял.
– Отбой!
Получив сведения от границы, в 0:03, когда отряд был уже поднят, когда боевики надели ранцы с взрывчаткой, подготовили оружие, он отдал приказ:
– Проходим до границы по одному. И начинаем одиночное выдвижение отсюда. Первым идет мой помощник, Вали Гуев. Спустя тридцать секунд за ним начинает подъем, а в дальнейшем и спуск старший команды носильщиков, Мехмед Заев, за ним…
Главарь банды произвел расчет с инструктажем о порядке движения, отведя себе, американцу, личной охране место замыкающих.
Банда начала переход через перевал Гази.
Первым к разведке присоединился Вали Гуев, затем Мехмед Заев вышел на площадку, за ним его носильщики. Они тут же сняли тяжелые ранцы, уселись на валуны, в течение получаса весь отряд собрался на этой естественной площадке у пограничного столба, хотя линия границы по карте пролегала по вершине хребта. Но там опознавательных знаков не установишь. Банда Баршана собралась в 0:30.
Станадзе доложил главарю, который пришел одним из последних:
