Совмещает в себе самые разные школы. Но все же, к сожалению, сильно ограничивает спортсмена разными правилами и запретами. Кое-что поправлено, конечно, в боевом его варианте, но далеко не все. К примеру, там нет… точнее, очень редко используются удары головой. А я в свое время баловался элементами индонезийского силата. И школой низких ударов ногами – казачий спас. Не так аутентично, конечно, как ушу, но достаточно эффективно в реале.
Самбист дернул телом в мою сторону.
Может, это и финт, обманка – без разницы.
Я все равно буду выходить из его комфортной зоны, где он как самбист – очень недурен. Для начала – тычковый удар в голень под коленную чашечку. Внутренней стороной стопы. Не глядя. Так как и без того знаю – куда бить и как. А он нет – морщится от боли и опускает взгляд туда, где скоро под брючиной появится лиловый синяк.
Чудненько! Значит, на какой-то миг не видит моих рук.
Малюсенький шаг вправо и вперед, руки свисающими кистями – чуть выше его плеч, движение – «стряхнуть воду с пальцев» по глазам. Разве такое в самбо есть? И сразу же – захват двумя руками за затылок и без пауз, продолжением импульса – головой в грудь. Если в лицо – будет летально: затылок зафиксирован, а в лицевой части черепа очень слабые кости, особенно в районе носа. Не надо так радикально. В грудь – гораздо лучше. Безопаснее. Максимум – будет трещинка в ребре, да и то вряд ли. Вот дыхание перехватит обязательно. Больно будет – это тоже факт: ведь там же сердечко рядом. А на опасность, направленную в область сердца, организм всегда реагирует острой нестерпимой болью. Бывает, что и парализующей.
Я шагнул назад выставив перед собой открытые ладони.
В силате это – открытые намерения. «Иду на вы».
Да, все правильно: глаза у самбиста выпучены, руки держит у горла, ртом пытается ухватить воздух. Вот вам и самбо. Длинным ленивым свингом в челюсть сбиваю самбиста с ног. Это ему – за Вовку с Ромиком. Вижу даже, как они поднимаются с земли, чуть пошатываясь, словно деревянные солдаты Урфина Джюса.
Тот агрессор, что был под Ромкой и что пострадал от моего локтя – тоже уже на одном колене, трясет головой. Это он об Вовкину ногу ударился, я заметил: контакт произошел именно в тот момент, когда наш бас-гитарист долетел по воздуху до их с Ромкой тесной пары. Ромке тогда досталось мягкими частями Вовкиного тела, а нижней фигуре «Море волнуется» – аккурат коленом по чайнику. Вон как им трясет в пространстве…
Я вдруг застыл.
Батюшки-светы! Так это ж…
– Кролик! Ты ли это, заячья морда? – воскликнул я в крайнем изумлении. – А ну, повернись-ка, сынку. Точно. Крольчатина! Ты все не угомонишься, сын полка?
Наркоша тоже замер от неожиданности, выпучив на меня покрасневшие глаза.
Щелчок!
Мир замер. Звуки умерли. Остро засаднило в правой руке.
Ну вот и здрасте! Снова-здорово.
И что опять не так? Ножа не видно. Но в третий раз – рядом Кролик! Ты, что ли, чудо, корежишь мою реальность? А почему тогда рука болит – фантомным ожиданием сквозного ранения?
Я огляделся в застывшей реальности.
А, пардон. Есть нож. Куда ж без него?
У стены в жестком противостоянии с нашим барабанщиком его противник решился-таки использовать холодное оружие – нож-бабочка в правой руке в положении порхающей трансформации в боевое положение. Я чудом его заметил – рука за корпусом. На всякий случай сделал в их сторону пару шагов, сатанея от гула в ушах и сгущающегося вокруг воздуха – хотел получше рассмотреть оружие. Ну да, самопальный балисо́нг кустарного производства. Такие на нашем заводе штампуют, подпольно, разумеется: ни украшений на ручках, ни зловещих граней на клинке – просто полоска стали, заточенная с двух сторон. Тем и опасна чрезмерно. Сталь-то поршневая! Наши умельцы изловчились на ковочных молотах ее плющить.
Меня потянуло назад.
Звук включился.
– Парни, а ну, придержите-ка этого Кроля́, я к Андрюхе…
Не спуская глаз с Гены-Кролика, я аккуратно сзади приблизился к Андрюхиному противнику, пока он ножом своим пытался нагнать жути на нашего барабанщика, мягко схватил его голову и резко толкнул ее в стену. Не очень сильно, оговорюсь. К чему нам кровавые кляксы у подъезда Вовкиной возлюбленной?
Все же стук получился эффектно звонким.
Боец зашатался, а Андрюха быстро поставил финальную точку – прямой с разворотом в солнечное сплетение и замком по затылку. Ну и колено подставить – как же без этого? Стандарт. Агрессор завалился на бок, выпустив из руки свой ножик.
Все обернулись на его звон, и тут Кролик заехал левой рукой Ромке в глаз.
По очень длинной и замысловатой траектории. С каким-то кривым подпрыгиванием вперед. Ромка ойкнул от неожиданности и отшагнул назад, схватившись за лицо. Вовка с Андрюхой дернулись было другу на помощь, но Кролик, отчаянно взвизгнув, резко скакнул в сторону и задал стрекача.
А как бегают Кролики, мы уже видели!
– Я сейчас милицию вызову, – проскрипело фальцетом откуда-то сверху. – Хулиганы. Бандиты. Сволочи.
Мы все дружно задрали головы.
