Женщина была просто, но хорошо одета, на руке ее мерцало кольцо с крупным бриллиантом. Ридер оценил кольцо в двести фунтов.
"Мисстрис Джексон" решительно покачала головой.
-- Я не могу вам назвать себя и сказать, где я живу,-- коротко заявила она.
-- Отвести в камеру для подследственных,-- бросил судья.-- И подвергнуть врачебному освидетельствованию. Меня интересует, что скажет о ее умственных способностях врач.
Женщину вывели из зала суда, а следом за нею направился и Ридер.
В коридоре он столкнулся с сержантом Уилльсом, приветливо ухмыльнувшимся ему.
-- Вот полюбуйтесь,-- сказал он, указывая на лежащий перед ним чемодан.-- Какого вы мнения об этой истории? Это что-то совсем новенькое. Я что-то никогда не слышал, чтобы крали щебень. Этот чемодан с его содержимым весит не меньше пятидесяти килограммов. Видно у этой женщины есть силенка. Парень, притащивший сюда чемодан, взмок до седьмого пота.
Ридер осмотрел чемодан. Это был очень элегантный, чемодан, украшенный серебряными шарнирами и застежками, шелковая подкладка его была изорвана в клочки и покрыта мраморною пылью.
-- Очень интересно,-- прошептал Ридер.-- исключительно интересно. Вы больше ничего не обнаружили?
-- Нет, только вот еще эту пару перчаток, -- сказал чиновник, указывая на пару больших кожаных перчаток.
-- Эти перчатки не впервые употреблялись во время такой работы,-пробормотал Ридер -- Похоже на то, что в них переносили целую коллекцию различных мраморных осколков. Что у нее было в кармане?
-- Ничего, кроме банкнот с печатью центрального отделения банка. Быть может, это наведет вас на какое-нибудь след?
После обеда мистер Ридер сидел у себя в кабинете. Неожиданно затрещал телефон. Сняв трубку, он услышал голос сержанта Уилльса.
-- Не могу ли я переговорить с вами? Дело касается банкнот.
Несколько минут спустя в кабинет Ридера вошел сержант.
-- Эти банкноты были три месяца тому назад выданы мистеру Сиднею Телферу,-- доложил, он,-- а последний передал их своей экономке, некоей мисстрис Уелфорд,
-- И "мисстрис Джексон" не кто иная, как экономка мисстрис Уелфорд? -осведомился Ридер.
-- Да. Бедняга Телфер едва не потерял рассудок, когда я рассказал ему о том, что она арестована. Он тут же поехал подтвердить ее личность. Ее выпустили на поруки, и Телфер плакал, как ребенок, утверждая, что она не в своем уме. И как он боялся ее! Когда я привел ее в тюремную приемную, она бросила на него взгляд, и этим взглядом было все сказано. У него ноги подкосились.
Ридер провел день в попытках выяснить что-либо относительно личности мисстрис Ревекки Алемби Мэри Уелфорд. Она была вдовой профессора университета Джона Уелфорда, умершего два года спустя после свадьбы.
Потом она поступила на службу в семью Телферов и с четырехлетнего возраста находилась при Сиднее.
Мисстрис Телфер назначила ее опекуншей над Сиднеем, и таким образом бывшая воспитательница стала опекуншей своего воспитанника и управляла всем домом Телферов.
Дом Телферов также привлек внимание мистера Ридера.
Он стоял у ворот и с любопытством взирал на красный двухэтажный дом. В это мгновение отворилась дверь, и на пороге показалась крупная экономка. Она несла ведро с золой. Ридер поспешил спрятаться.
Затем, услышав, как захлопнулась дверь, он осмелился снова выйти уз своего убежища.
Ридер оглядел садовые дорожки -- они не были устланы мрамором. Сиднея Телфера не было видно, но сыщик знал, что он находится в доме. Поэтому он и выбрал место, с которого мог наблюдать за домом, сам оставаясь незамеченным его обитателями.
Управление делами фирмы Телферов перешло в руки конкурсного правления, а сам Сидней по-прежнему был болен. Он послал своей секретарше уведомление, прося ее прибыть к нему на дом и поручив ей сжечь всю его "частную переписку". Далее он извещал ее о том, что вскоре уезжает за границу.
Ридер ознакомился с содержанием этого письма, ибо он просматривал всю переписку, прибывавшую от Сиднея на адрес фирмы. И это письмо частично послужило причиной появления Ридера в этих краях.
Спустились сумерки. К дому подъехал закрытый автомобиль, и, прежде чем шофер затормозил, из дома выскочил Сидней Телфер. В руках он тащил два больших чемодана и, швырнув их в машину, последовал за ними. Дверца захлопнулась, и автомобиль с большой скоростью понесся по дороге.
Наступила ночь. Со стороны Реджент-парка надвигался густой туман, но Ридер все еще неподвижно стоял на своем наблюдательном посту.
Дом был погружен во мрак, не было слышно ни малейшего шума, --казалось, он вымер.
Но в доме продолжала находиться бывшая воспитательница Сиднея, его бывшая опекунша, ставшая ныне его женой. Эта властная женщина не только стала женою сумасбродного, болезненного юноши, но и фактически переняла руководство делами фирмы, хотя ничего в них не смыслила. Ридер не напрасно потратил свое время на собирание сведений. У него в кармане лежала копия брачного свидетельства, с неопровержимой ясностью устанавливающая подлинный характер отношений между юношей и его опекуншей.
