И барон не ошибся: бедняга был убит на месте. Друзья переглянулись, пораженные столь молниеносной развязкой. У них пропало всякое желание потешаться над Роспиньяком. Тем более что тот немедленно дал им понять: это еще не все!
Над ним позволили себе смеяться трое молодых людей. Три молодых человека — красивых, сильных и богатых; у них была впереди долгая счастливая жизнь. Но один уже лежал бездыханный на плитах набережной. А барон обратился к двум другим:
— Господа, вы оскорбили меня, как и он. — Кончиком окровавленной шпаги Роспиньяк показал на труп. — Вынимайте, пожалуйста, ваше оружие.
Барон зловеще улыбнулся и добавил:
— По очереди или оба вместе — как хотите.
Молодые люди переглянулись. Они не знали, как быть. Роспиньяк двинулся на них, рассекая воздух шпагой, и на их колеты упали красные капли. Это была кровь их друга…
— Со всяким, кто оскорбит меня и откажется от дуэли, я поступлю так же, как поступили со мной на глазах у всего двора и как я только что поступил с этим молокососом, — отчеканил Роспиньяк. — Одно из двух. Выбирайте: или вы деретесь со мной, или познакомитесь вот с этим.
И кончиком шпаги барон показал на носок своего сапога.
Молодые люди поняли, что Роспиньяк не шутит… Они могли убежать, но это тоже было унизительно. А барон продолжал:
— Решайтесь, господа!.. Повторяю, что, если вы в себе не уверены, готов драться с вами двоими одновременно…
— Этот головорез перебьет нас поодиночке без всякого труда, — тихо заметил один из юношей.
— На такого зверя надо идти вместе, и нечего тут стесняться, — откликнулся второй.
Обнажив шпаги, оба стремительно ринулись на Роспиньяка. Удовлетворенно улыбаясь, барон спокойно отразил атаку и насмешливо сказал:
— А вы осторожные ребята, как я погляжу! Только это вам не поможет, я все равно вас убью.
На этот раз схватка затянулась. Оба молодых человека в совершенстве владели искусством фехтования и были не менее хладнокровны, чем их грозный соперник. Оба упорно наступали на барона. Уверенный в себе Роспиньяк сначала только защищался, сосредоточенно изучая своих противников и терпеливо выжидая случая, чтобы нанести смертельный удар.
И вот случай представился: один из юношей на секунду замешкался… И Роспиньяк не упустил этого почти неуловимого мгновения. Барон резко отвел в сторону шпагу второго противника, сделал молниеносный выпад и громко воскликнул:
— Это вам, сударь! Я мечу в сердце!
Барон еще не договорил, а удар уже достиг цели. Молодой человек выронил шпагу и, не издав ни звука, упал как подкошенный. Он тоже был поражен прямо в сердце.
Перед Роспиньяком оставался только один противник, и барон предупредил его:
— Держитесь, сударь, я вас не пощажу!
Теперь он сам ринулся в атаку; рука его не знала усталости.
Вскоре третий соперник тоже рухнул на землю с пронзенным сердцем и испустил дух, заливаясь кровью. Любопытные с ужасом взирали на три трупа в кровавых лужах.
За схваткой наблюдали дворяне и офицеры, которые находились во дворе Лувра, когда там появился Роспиньяк. Барон знал их всех, и они тоже знали его. И он обратился к ним со словами:
— Господа, вы видели, что я дрался честно. Надеюсь, вы это подтвердите.
Конечно, барону нельзя было отказать ни в прямоте, ни в отваге. Это понимали все присутствующие. Но все они презирали Роспиньяка. И все были шокированы его свирепостью и цинизмом. Никто не пожелал ответить барону. Самые воспитанные лишь утвердительно кивнули головами.
Он снова мог выйти из себя. Но отдадим ему должное: Роспиньяк умел быть и осторожным, когда это было нужно,
«Пока хватит, — решил он про себя. — Теперь можно и проявить сдержанность. К тому же, я уверен, что они скажут правду. А ничего другого мне и не надо».
Чтобы не остаться перед придворными в долгу, барон тоже учтиво кивнул головой и развернулся на каблуках. Пока офицеры поднимали безжизненные тела, Роспиньяк надел камзол и медленно, аккуратно застегнул его, не обращая ни малейшего внимания на окружающих. Приведя себя в порядок, барон не спеша направился к одной из лестниц, спускавшихся к реке. Он сошел по скользким ступеням и вымыл в воде шпагу, по самый эфес испачканную кровью. Вода у лестницы сразу покраснела…
Потом Роспиньяк поднялся наверх, тщательно вытер шпагу, вложил ее в ножны и удалился неторопливым шагом гуляющего человека, которому некуда спешить. Сразу возвращаться в Лувр барон не стал: он хотел, чтобы там сначала узнали о роковой встрече у ворот, которая привела к смерти трех молодых людей, сраженных по очереди одной и той же рукой.
Роспиньяк немного побродил по городу, а потом сказал себе:
«Теперь в Лувр!.. Я уверен, что смеяться надо мной уже не будут… А если понадобится новый урок… что ж, они его получат».
