Солнце стояло высоко над головой. Персис припарковала джип у входа на кладбище, подождала, пока Бирла выйдет из машины, потом вышла сама, и они двинулись в сторону арочных железных ворот. Над воротами в еще одной небольшой арке виднелась надпись – «ХРИСТИАНСКОЕ КЛАДБИЩЕ ШИВРИ».
На одном из каменных столбов, стоявших по обеим сторонам от ворот, сидел мужчина в брюках-дхоти и полировал решетку. Увидев, что они входят на территорию кладбища, он оторвался от работы и проводил их удивленным взглядом.
Кладбище Шиври располагалось в десяти километрах от Марин-драйв и было самым большим христианским кладбищем в городе. По дороге Персис заехала за Бирлой, а до этого, прежде чем уйти из кабинета Кларка, спросила у него, что ему известно об этом месте.
Кларк снова обратился к книжному шкафу.
Кладбище Шиври было построено в 1865 году муниципальным комиссаром Бомбея Артуром Кроуфордом. Изначально оно предназначалось для англичан, но за прошедшие с тех пор восемьдесят пять лет здесь обрело покой немало индийцев-католиков. Часть кладбища была выделена для захоронений итальянских военнопленных. Незадачливых солдат во время североафриканской кампании Второй мировой войны взяли в плен англичане, и многие из тех, кого привезли в Индию, оказались в Бомбее. Тех из них, кто здесь и умер, похоронили на кладбище Шиври, на вершине насыпанного в их память холма.
Самая же старая часть кладбища была отведена выдающимся деятелям Британской империи.
Надгробия здесь были богаче и больше – причудливые резные плиты, витиеватые эпитафии, скульптурные изображения ангелов, купидонов, воронов и якорей. Многие статуи были покрыты пятнами и начинали разрушаться от времени, дождей и забвения.
В глубине участка скрывались небольшие склепы, они жались друг к другу в полутьме под ветвями баньяна. За долгие годы дерево разрослось, и его корни обвивались вокруг могил, словно щупальца мифического чудовища.
– Как там его зовут? – спросил Бирла, шурша листьями под ногами.
– Уиттет. Джордж Уиттет.
Они изучили уже около дюжины склепов, когда Бирла вдруг ее окликнул:
– Думаю, я его нашел.
Он стоял у склепа с куполовидной крышей. Здание было около восьми футов в длину и ширину и десяти – в высоту. За годы каменная кладка почернела и, казалось, впитала в себя редкий свет, пробивавшийся сквозь ветви баньяна. По стенам бежали древесные корни, сдавливая их так сильно, что кое-где камни начинали крошиться.
Над купольной крышей возвышался черный крест.
В голове у Персис вспыхнули слова: «
Надпись на балке над деревянной дверью гласила: «
Персис бросила взгляд на Бирлу и толкнула деревянную дверь. К ее удивлению, та лишь слегка приоткрылась и вдруг застряла. Они навалились на нее вдвоем, раздался треск, и дверь резко распахнулась. Персис поняла, что она была закрыта изнутри на самодельный засов из небольшой палки.
Персис шагнула внутрь и дала глазам привыкнуть к темноте.
Первым из сумрака проступил каменный гроб в центре склепа. Место упокоения Джорджа Уиттета. Персис двинулась вперед по каменным плитам. На крышке саркофага постепенно вырисовывались очертания какой-то фигуры. Свет, огибая Персис и Бирлу, проникал внутрь только через входную дверь.
Персис подошла к гробу и замерла.
Она почувствовала, как по всему телу разливается жар.
На каменном саркофаге, словно рыцарь, заснувший на посту, лежал мертвый Джон Хили.
– Это добром не кончится.
Бирла с угрюмым видом облокотился на джип.
Только что прибыл катафалк – через два часа после того, как Бирла отправился на главную дорогу в поисках телефона.
Персис осталась ждать в склепе Уиттета.
Она наклонилась к телу, лежащему на крышке саркофага, и всмотрелась в мертвое лицо. Ошибки быть не могло. Недоставало очков, и смерть наложила свой отпечаток, но все-таки именно его Персис видела на газетной вырезке в Азиатском обществе.
На Хили был шерстяной костюм с галстуком. Никаких следов травм или повреждений. Персис закатала правый рукав пиджака Хили и проверила пульс.
Пульса не было.
От чего он умер? Сколько уже здесь лежит?
На полу у основания саркофага стоял кожаный рюкзак – вероятно, тот самый, о котором в Азиатском обществе говорил Пиллаи.
Персис достала из кармана перчатки.
Рюкзак был из мягкой потертой кожи. Персис расстегнула застежку, и его стенки разъехались в стороны, будто зевающая пасть. Внутри лежали три тетради на спирали, несколько ручек, очки, запечатанный конверт и пустая баночка из-под таблеток. Туинал. То же снотворное, которое она нашла у Хили в квартире.
Пропавшего манускрипта не было.
Когда Бирла уходил искать телефон, Персис попросила его заодно позвонить Арчи Блэкфинчу.
