На шестой, когда Белла предпочла пойти на пляж, я за 40 кубинских песо я съездил на такси в Гавану и обратно. Таксист, молодой толстый парень, местный прохиндей, взялся провести мне короткую экскурсию. Его дымящая и облезлая 22-я Волга лихо бегала по шоссе, и с не меньшей скоростью - по городу. Над Гаваной стоял смог, источником которого были такие же раритеты на колесах: Волги, Москвичи, Жигули и даже Победы. Там я видел и очень старые американские машины. Мы проехали мимо Музея Революции, Университета, Театра. Красивый когда-то город в наше время выглядел жертвой разрухи, той самой, о которой когда-то говорил профессор Преображенский. У меня не возникло желания выйти из машины.
Остаток отпуска я провел, тайно ожидая нашего возвращения домой, к моим записям, общению в университете, к интернетным новостям... Отдавая в аэропорту 50 кубинских песо в качестве налога на пребывание двух персон на Кубе, я с облегчением вздохнул. Скоро моя жизнь продолжится в привычном формате.
И вот я в Университете. Многие в отпуске, июнь. В обед, захватив мои пасочки, я спустился на шестой этаж. Там никого не было, через некоторое время появился Клетчатый-Думов. Обменялись приветами и впечатлениями. Как Куба? Где были? Как море? Когда сезон дождей? Я заметил, что нет Золотой Бабы. Опаздывает (кушать не хочет!) или в отпуске?
Сергей взглянул на меня странно. "А ты ничего не знаешь? Ну да, откуда?" .... Оказалось, умерла. Позавчера было 9 дней, поминали ее только несколько русскоязычных сотрудников. У нее никого не было, бойфренд исчез уже давно. Так что хоронили ее только немногочисленные друзья, по скромному православному протоколу. "Я не уверен, что это правильно, она ведь была иудейкой". Когда мой первый шок прошел, я смог спросить, что, все-таки, случилось. "Говорят инфаркт. Возможно, переела на ужин". Меня покоробила эта посмертная колкость.
Представить эту яркую, жизнерадостную женщину мертвой было невозможно. Эля была постарше нас с Беллой лет на десять. Всего пятьдесят. Она - тоже бывшая киевлянка, более того, училась в том же университете, на биофаке, только лет на десять раньше. Узнав о смерти Золотой Бабы, я испытал тягостную тоску, а в душе поселилась пустота. Больше у меня не будет собеседника, с которым можно поднять тему "тарелок" вообще. Тем более - Чужих. Мне хотелось обсудить с ней мои изыскания, я ругал себя, что не сделал этого раньше. В Университете в ланч-тайм мешало ехидство Сергея. У нас дома, (а ведь я, болван, мог бы ее пригласить!) меня смущала непреклонность Беллы. Напроситься к ней с визитом я постеснялся. Да она и дома-то не бывала, а как все одинокие люди засиживалась на работе. Почему я не зашел после работы к ней в лабу, почему вечно куда-то спешил? Я ведь знал, что Элла тоже ковыряется в этой теме! Что ей удалось найти?
Как-то, преодолев робость, я все же зашел в ее лабу. Возле спектрофотометра копошился китаец. После вежливых приветствий и расшаркиваний я попросил доктора Лью помочь найти мою папку в столе покойной. Я не соврал: папку с Текстом я, и в самом деле, ей передал, это было около полутора лет назад. Китаец препроводил меня и тут же потерял ко мне интерес. Я порылся в ящиках, обнаружил флешку и много распечаток. Флешку потихоньку сунул в карман, а распечатки, выходя, предъявил доктору Лью. Все они были на русском языке, в котором современные китайцы ни бельмеса не понимают. Меня отпустили с миром.
Просмотрев флешку дома на компьютере я ничего не обнаружил, кроме зловредного червя, который тут же начал пожирать мой собственный диск. Потом я принялся за изучение распечаток. Часть из них содержала переводы статей и методик получения искусственного гемоглобина. Зная общий научный уровень этой лаборатории, эту ерунду я сразу отправил в корзину для бумаг. Часть же материала касалась Чужих...
Но почему же речь шла именно о термитах? А потому, что, во-первых, Чужие - членистоногие с хитиновыми покровами. Во-вторых, они имеют признаки социальных насекомых. В Тексте упоминаются касты Чужих: "малый рабочий", "боевые особи", "высшие особи". А как известно, подобные колонии могут образовывать представители отрядов Перепончатокрылых (осы, пчелы и муравьи) и Термитов.