А вот мне лично, показалось, что Авдей Наумович провел то совещание в таком эмоциональном ключе, чтобы получить должное восприятие проблемы, тем самым он, так сказать, нагнетал обстановку, а-то все поначалу были какие-то уж очень расслабленные. И все последующие совещания о проводил на высоком эмоциональном градусе именно по этой причине, как мне кажется. Хотя, и без фактора усталости тут не обошлось. Сам Шилов по поводу своей возросшей эмоциональности особо не высказывался, разве что как-то он обронил фразу, типа: «Отсутствие интеллектуальной гибкости это просто какая-то беда, всеобщая патология. Уже приходиться откровенно вбивать, вкривать мысли в сознание.» В любом случае, не хочется думать, что Наумович делал что-то неосмысленно.
Надо полагать, что и решение задачи по созданию нового сегмента экономики проходило также на высоком эмоциональном градусе?
О, еще на каком! Каждое совещание, каждое общее согласование сопровождалось таким набором эпитетов и эмоционального содержания, что никакое виар-шоу не сравнилось бы с этим. И опять же, не могу сказать, что это было не оправдано, как раз таки наоборот, каждый раз все это независимое предпринимательское сообщество приходилось расшевеливать. Вообще, не понятно почему, но у этого сообщества почему-то изначально сложилось впечатление, что им надо будет всего лишь кое-что профинансировать и перенастроить свои внутренние процессы, а все остальное сделаем мы. Согласен, что это наша недоработка, и из-за этого наши действия на несколько шагов опережали действия с их стороны, что очень мешало и раздражало, поэтому каждый раз приходилось придавать им соответствующее «ускорение», в противном случае вообще ничего бы не происходило. Лично у меня складывалось впечатление, что все эти участники были избалованы подачками от крупняка и государства, ведь после полномасштабной реформы в этой сфере, в них было влито столько ресурсов, что только сиди и вовремя успевай загребать, лишь бы не было больше ропота и постоянного недовольства. При этом, на сколько я понял, мало кто из них понимал, что таким образом круняк и правительство просто-напросто покупали их бездействие и замыкали на самих себя, создавая идеальные условия для государственной олигополии. Авдей Наумович им на это и указал, удивились они сильно, но добиться от людей, чтобы они работали на морозе после теплой постели, чрезвычайно непростая задача.
В целом же, в то время по бизнесу была следующая картина: пятнадцать процентов экономики контролировались транснационалами напрямую; около трех четвертей были полностью подконтрольны крупняку и госкорпорациям, что, фактически, одно и то же, и без сомнения, большинство из этих компаний были частью международного капитала; и только десять процентов каким-то чудом сохранились за более-менее частным, неаффилированным капиталом. В решении обозначенной задачи участвовала примерно треть из независимых. Я это рассказал, чтобы у Вас было четкое представление о том, какими скудными ресурсами мы располагали для создания целого нового сегмента экономики. Разумеется, после первых позитивных результатов подтянулось еще некоторое количество участников, но даже с этим учетом, наши возможности никак не могли сравниться с тем, что могло противопоставить нам государство, узнав о наших намерениях. К счастью, используя весь наш опыт, мы реализовывали все так, что ни госаппарат, ни госкорпорации ничего не заподозрили. Правда, из-за этого продвигалось все достаточно медленно, но лучше так, чем прямая конфронтация с верхами.
Да, мне удалось раскопать описание вашей деятельности того периода, но не могли бы вы отметить самые существенные, на ваш взгляд, моменты по решению задачи создания нового сегмента экономики?
