А я все чаще задумывалась над тем, как выпустить на волю Пуха, Уильяма и Хэппи. В отличие от первой группы шимпанзе им предстояло пройти совершенно иной путь, прежде чем они смогут приспособиться к жизни на свободе. Все трое были пойманы в младенческом возрасте и, за исключением того опыта, который они приобрели в Абуко, вообще не имели представления о самостоятельной жизни. Я знала, что для реализации второго проекта понадобится значительно больше пяти недель.
На это могли уйти годы. Но прежде чем приступить к осуществлению своих планов, я должна была достать необходимые средства. Для организации собственного лагеря и центра реабилитации нужны были машина и оборудование. Требовалось время, чтобы провести тщательные розыски Тины, Альберта и Читаха. Я была уверена, что мне удастся снова установить контакт с ними. К моменту нашей встречи они будут уже опытными обитателями леса, идеальными учителями для Пуха, Хэппи и Уильяма, и тогда наша группа восстановится в прежнем, хотя и несколько усеченном из-за смерти Энн и Флинта, составе. Но для начала я должна была достать денег.
В ответ на мой отчет о выпуске на волю первых трех шимпанзе в Ниоколо-Коба я получила письмо от Джейн Гудолл, в котором она приглашала меня посетить исследовательский центр Гомбе в Танзании. Она сообщила также, что отправила все мои записи в Лондон в издательство «Коллинз», где в свое время была опубликована ее собственная книга. Теперь написать книгу предлагали мне.
Два с половиной месяца, которые я провела в Гомбе, были самыми захватывающими в моей жизни. Я сделала много полезных наблюдений за жизнью диких шимпанзе. Хотя многое в их поведении было знакомо мне, я стала лучше понимать значение каждого жеста и выражения лица.
Больше всего меня занимали матери с детенышами. Воспитывая осиротевших детенышей, я часто пыталась представить, как ведет себя мать шимпанзенка, и старалась во всем подражать ей. И вот теперь я смогла наконец увидеть то, к чему так стремилась с тех пор, когда впервые взяла на руки маленького Уильяма и попыталась успокоить его. Оставаясь незамеченной, я наблюдала за группой шимпанзе, состоящей из матерей с детенышами. Все было так, как я и предполагала: мать относилась к малышу с бесконечным терпением, защищала его, успокаивала и утешала. Когда я увидела, насколько гармоничными были их взаимоотношения, с каким совершенством мать удовлетворяла все потребности своего малыша, я еще раз со всей очевидностью поняла, чего были лишены шимпанзе в Абуко. И хотя условия, в которых у нас жили осиротевшие животные, были, наверное, лучшими из тех, что могли создать люди, это было лишь жалкое подобие материнской заботы и внимания.
Однажды вечером после ужина мы разговорились с Джейн и ее мужем Гуго ван Лавиком о моих планах, касающихся освобождения остальных шимпанзе. Я сказала, что мне хотелось бы посвятить некоторое время поискам Тины, Читаха и Альберта, организовать, после того как я найду их, собственный лагерь и выпустить на волю Уильяма, Пуха и Хэппи. Мы подробно обсудили практическую сторону проекта и те трудности, которые могли возникнуть в ходе его осуществления. Прежде всего нужно было раздобыть лендровер Или другой надежный вездеход. Исходя из своего собственного опыта, супруги ван Лавик перечислили мне тот минимальный набор предметов, который был необходим для организации самого примитивного лагеря. В тот же вечер Гуго помог мне составить смету расходов. Несмотря на то что мы старались быть предельно экономными, итоговая цифра затрат на первый год эксперимента показалась нам огромной. Однако Джейн и Гуго были настроены весьма оптимистично и уверяли меня, что я смогу раздобыть необходимые средства.
Мое пребывание уже близилось к концу, когда пришло письмо из Абуко, омрачившее то радужное настроение, которое я постоянно испытывала, находясь в Гомбе. Отец писал мне, что во время прогулки Хэппи дотронулся до электрического кабеля, протянутого на краю резервата, и получил сильные ожоги. Каким-то чудом он был еще жив, когда его подобрал Абдули, но правая рука очень пострадала. Отец считал, что мне не нужно спешить домой: несчастный случай произошел уже неделю назад и с тех пор благодаря хорошему уходу состояние Хэппи значительно улучшилось. Его жизнь вне опасности, и он скоро начнет поправляться. Прочитав письмо, я почувствовала острое желание оказаться дома, возле Хэппи, чтобы обнять и успокоить его. Спустя несколько дней пришло известие, что Читах снова появился в лагере Ниоколо-Коба. Он был один и страдал сильным поносом. Его накормили, дав вместе с пищей соответствующее лекарство. Через четыре дня он был уже вполне здоров, а на утро пятого ушел из лагеря и побрел по берегу Ниоколо. Последний раз его видели в трех километрах от лагеря.
