— Сора, — предупредила Сонён. — Не называй мою квартиру халупой. Мне она нравится. Тут не бегают слуги, я могу просто жить. Как обычная студентка. Могу даже парня привести. И он не будет на меня смотреть, как на дорогую вещь. Я хочу побыть девушкой, Сора. Просто девушкой, а не дочерью господина Сона. Я хочу, чтобы парень целовал меня, а не деньги папы. И, прости, но я хочу прожить свою молодость. Хочу, чтобы меня, к примеру, бросили! Как других!
— Онни, а ты это… — опасливо спросила Сора. — Ну…
Девушка вздохнула, потёрла лоб.
— Омо[3], — выдохнула она. — Онни, я что, опять накосячила, да?
— Сора-я, я тебе повторю, если хочешь, можешь уезжать, — произнесла Сонён. — Я не хочу, чтобы ты… хм, страдала в халупе.
— Щиболь, Онни, я тоже хочу… — Сора вздохнула. — Ладно. Я сейчас папе позвоню. Ну, и всё разрулю.
— И это тоже твоё решение, Сора-я, — улыбнулась Сонён. — Заметь, я тебе ничего не навязываю.
Шин тихонько зашёл в палату к Е Рим… И застал забавную картину. Женщина, стоя у зеркала, водила ладонью по своим коротким волосам. Волосы Е Рим сбрили, когда зашивали рану. Так что теперь ей придётся отращивать заново. Кстати, повязку с головы ей уже сняли. А ещё за время нахождения тут Е Рим слегка похудела.
— Отрастут, — произнёс Шин.
Е Рим застыла… А потом повернула голову.
— Шин, — укоризненно произнесла она. — А если бы я закричала?
— Может, я этого и добивался? — усмехнулся парень.
…отлепился от дверного косяка, зашёл в палату, закрыл за собой дверь. Е Рим так и стояла у зеркала. Шин подошёл к ней.
— Ну, что, поговорила с детьми? — спросил он.
— Да, — вздохнула Е Рим. — Ты был прав. Мне не стоило этого делать.
Женщина покачала головой. Шмыгнула носом.
— И они захотели поговорить, — произнесла она. — Только после того…
Е Рим сглотнула. Шин обнял её, прижал к себе.
— Поэтому я и не давал тебе им звонить, — произнёс парень. — Ты должна была увидеть то, что они на самом деле думают.
— Да, оказывается, я шлюха, — горько сказала Е Рим. — И подставила отца. Ладно, это, почему шлюха? Я что, гуляла постоянно?
— Привет от твоего бывшего мужа, — произнёс Шин. — Вот же, как получается. К матери в больницу прийти некогда. А вот к отцу, который чуть мать не убил, время нашлось. Впрочем, это тоже меня не удивило.
«Конечно, может этот утырок и раньше сыновьям прогонял, что мать у них шлюха. Собственно, без разницы».
Тут Шина сдавили. Крепко. Е Рим стиснула его. Парень погладил женщину по спине. Кстати, Шин сейчас не соврал. Дети Е Рим в больницу действительно не приходили. Запрет на посещение не пригодился.
— Я слушала, — тихо пробормотала женщина. — Нам Джу, мой маленький Нам Джу… Словно я слышу…
— Своего мужа, — вставил Шин.
Ну, а кого ещё сыновья копируют? Отца, естественно.
— Да, — еле слышно произнесла Е Рим. — Интонации, голос… Я даже вздрогнула. Словно я опять на кухне… Даже голова заныла. И в носу опять запах крови. А рука, словно замёрзла. А Нам Джу кричит, что у него всё плохо, что у него нет денег. А я его подставила. Что своему любовнику деньги отдала. И так мне стало… пусто. А потом ещё и Пак Че позвонил. Добил. Что я больше ему не мать. И чтобы я заявление на отца забрала и катилась из семьи. Что я тварь!
Женщина опять зашмыгала.
— Продажная я! — со злостью произнесла Е Рим. — Обокрасть их решила! Любовников домой вожу!
«Не, точно у папочки побывали».
— Е Рим, — произнёс Шин. — Они пытались продать машины. Оба.
— Что? — женщина чуть отстранилась и посмотрела на парня.
— Они пытались продать машины, — повторил Шин. — Поэтому они стали звонить тебе. Извини. Но это правда.
Шин посмотрел на круглые часы, висящие на стене.
— Их машины сегодня заберут, — продолжил он. — Я дал им шанс остаться нормальными детьми. Ещё можно было договориться. Можно было, по-семейному, спокойно поговорить и решить эту проблему. Я же понимаю, что это твои дети. Но, извини, ты мне небезразлична. И оскорблять я тебя не позволю. Без последствий. Раз ты шлюха, тварь и продажная, что же, я их не разочарую. Секунду…
Парень разжал объятия. Е Рим тоже его отпустила. Шин же достал из кармана телефон и отошёл к окну.
— Хаджин, — заговорил парень. — Не отвлекаю? Ага. Слушай, а давай поработаем по квартирам. Да-да, по тем, а то там люди в атаке увлеклись.
— Шин?! — испуганно произнесла Е Рим.
— Нет-нет, госпожа Кук согласна, — произнёс Шин.
…послушал. А Е Рим подошла к парню, заглянула ему в глаза настороженным взглядом.
— Нуна, конечно, я понимаю, — ответил Шин. — Но людям надо булки сжать. А то они что-то вообразили себя королями. Ну, ты же знаешь, как это бывает. Когда специально создают проблему, чтобы на основное не реагировали. Да-да, умничка! Всё, работай. С меня ужин!
Шин убрал телефон от уха.
— Ну, чего ты заволновалась? — спросил он. — Никто твоих детей из квартир не выкинет. Но раз они такие дерзкие и речь не фильтруют, пусть побегают, кипятком поссут. Надо людей привести в чувство. Да, телефон свой дай.
— Зачем? — снова насторожилась женщина.
