В конце концов соседей это достало, они вызвали полицию… Когда госпожа У, принципиально, после спора накануне, влупила музыку в пять утра. Полиция выписала женщине штраф. Его-то и хотела оспорить госпожа У.
— К сожалению, — сказала Хаджин, изучив стандартный бланк. — Зафиксировано время. Пять двадцать утра. То есть, госпожа У, вы на самом деле нарушили общественный порядок. Штраф был выписан правомерно.
— Тогда чего я трачу с вами время?! — фыркнула дамочка.
Кстати, ещё не заплатившая за консультацию. И вряд ли после этого заплатит.
— Госпожа У, — заговорил Шин. — Штраф вы оплатите и всё прочее. Но. Проблема так и не будет решена. Вы же пришли не для того, чтобы сонбэ Бин сказала вам то, что вы и так знаете.
— О чём ты, парень? — хмуро спросила женщина.
А Шин сейчас сказал о том, что госпоже У нужно не соседей победить. Ей нужна не возможность включать музыку, когда вздумается. На самом деле, ей нужно внимание. Всё ради этого. По её рассказу: «раньше было лучше». Раньше рядом жили такие женщины, как она сама. Семьями и по отдельности. Ей было с кем поговорить, вспомнить былое. А сейчас «одни молодые раздолбаи», которым, разумеется, не было никакого дела до госпожи У.
— Уверен, вам соседи говорили, чтобы вы использовали наушники, — ответил Шин. — Или чтобы вы включали музыку, когда они уйдут на работу.
— Ну? — выпятила вперёд челюсть женщина.
— Я живу в общежитии, — произнёс парень. — Там стенки такой толщины, что я слышу, как соседи едят.
— Ха, стенки? — фыркнула снова госпожа У. — Мы с мужем жили за занавесками!
— Ну, а я вообще без занавесок, — усмехнулся Шин. — Двести человек. Все в одном помещении.
— Что, служил? — сощурилась госпожа У.
— Быстро вы догадались, — улыбнулся Шин. — Ваш муж тоже служил?
— Мой Сон Сок был военным, — грустно улыбнулась женщина. — Десять лет. Ещё бы я не догадалась.
— Ну, и вам ли тогда рассказывать, госпожа У, — произнёс Шин. — Что того, кто не устраивает всех, в конце концов, коллектив выдавит.
— Что, мириться да? — оскалилась женщина.
— А я вам это предлагал? — спросил парень. — Госпожа У, тот, кто извиняется, тот и виноват. Правильно?
— И? — с интересом произнесла женщина.
— Давайте прямо, — продолжил Шин. — Молодёжь никогда не поймёт вас. А вы их. Когда вы были молоды, просто электричество было не у каждого, а сейчас они даже не дома едят, а в кафе.
Шин достал свой телефон.
— Слушай, парень, давай как-то ближе к теме, — проворчала женщина.
— Собственно, и перехожу, — парень открыл соцсеть «KakaoTalk». — Как назывался ваш завод, на котором вы работали?..
…Вернувшийся через пару часов Шин подождал в коридоре, пока Хаджин закончит с клиентом.
— Есть ещё клиенты до обеда? — спросил парень, войдя в офис.
— Нет, — ответила Хаджин и улыбнулась. — Ты что, учил госпожу У пользовать интернет-банком?
Просто на счёт Бин пришла плата за приём. Как раз от этой женщины.
— В том числе, — произнёс Шин. — Купили ей телефон, установили соцсети. Банковское приложение и пришлось ещё в банк сходить.
— Что же, хубэ, — улыбнулась Хаджин. — Поздравляю с первым клиентом.
— Спасибо, — улыбнулся парень. — Сонбэ, позвольте угостить вас обедом. Так ведь положено?
— В первый день хубэ должны вести сонбэ ещё и в бар, — лукаво усмехнулась Хаджин. — Вечером после работы.
Она поднялась, потянулась.
— Следующий клиент в два, — произнесла она. — Так что можно не сильно торопиться.
— А неплохая работа, — заметил Шин. — Поболтал, двенадцать тысяч за три часа заработал.
— Не забывай, — вздохнула Хаджин. — Аренда, лицензия. И бывает так, что неделю ни одного клиента. Это сегодня у меня неплохой день. Два клиента с утра, два после обеда. Думаю, за день получиться тысяч двадцать. Похоже, ты мой талисман, хубэ Шин…
Сгребя в сторону письменные принадлежности, Хаджин Бин лежала грудью на столе. Её юбка была бесстыдно задрана, колготки и трусики болтались где-то на щиколотке и на одной ноге. И серьёзную, строгую адвоката Бин сейчас драли… пардон, в зад.
…полу валялся тюбик с кремом для рук. Хаджин негромко охала, когда здоровый член, в белых потеках от крема заходил в её худосочную попу. Ну, и Шин знал предпочтения этой дамы. Когда Хаджин начала слегка подрагивать, он схватил её за волосы, чуть потянул, выгибая в спине. И нарастил темп.
Хаджин, издав приглушённый стон (так как зажимала рот ладонью), рухнула на стол. Шин отступил, сел на диван, рассматривая картинку сотворённого. Женщина, в строгом костюме, лежит на своём рабочем столе, кверху голой попой. Ещё не до конца сомкнувшееся кольцо ануса, из которого вытекает капля белесой жидкости.
Шин выдохнул.
— Босс, — тихо заговорила Хаджин. — Вы мной довольны?
…теперь она подчинённая. Ну, да, рабочее же время закончилось.
— Ты всё правильно сделала, Хаджин, — покровительственным тоном ответил Шин. — Если будешь и дальше… так понимать меня, уверен, тебя ждёт успех в нашей компании. А теперь одевайся. Хоть мне и приятен вид, но не стоит давать повода для слухов.
— Да, господин, — Хаджин с некоторым трудом поднялась…
