В общей сложности за одну ночь я поднял десять уровней. Учитывая тех огров что напали на Неко–таун в самом начале, и прочие небольшие награды за сам квест, мне капнуло уже двенадцать уровней! Шестьдесят свободных очков характеристик! Видимо драки с высокоуровневыми противниками довольно прибыльны в плане опыта. Денег тоже, к слову неплохо привалило, но мне даже лень считать сколько точно. Пока что в них особой нужды и нет, если подумать.
Что меня несколько расстроило, не выпало абсолютно ничего стоящего за помощь в убийстве Кьоджина. Очевидно мой вклад в это дело был не таким уж и большим. Фух, ну ладно, надеюсь его тело в качестве трофея в будущем окупит этот недостаток, ну или мне впору заказывать себе губозакаточную машинку, потому как слишком сильно возросли мои хотелки в последнее время.
Было еще множество системных уведомлений, но полученный или нанесенный урон и прочие нюансы мы пропустим. Из любопытного, наконец–таки удалось прокачать Удар Молнии до сотого уровня! Это дало мне понимание того как использовать само дзюцу по–новому, так и раскрыло чуть более сильную версию райтондзюцу под названием:
Стрела Громового Раската 1 ур. (0%) — стихийное ниндзюцу C-ранга, при котором пользователь преобразует свою чакру в стрелу из молнии и запускает ее в противника. Стоимость — 300~500 СР.
Хм, любопытно. Все еще С-ранг, но в отличии от Удара Молнии, где я фактически просто выстреливаю во врагов электирической дугой что постоянно находится в контакте с моей конечностью, то здесь некий аналог огненного шара. Дистанционная атака с чуть большей дальность применения. Мда, могло бы быть и лучше, но имеем то что имеем. Так сказать, дареному коню в зубы не смотрят. Да и разве это не то чего я хотел? Дзюцу стихии Молнии на средне–дальние расстояния! Не Чидори, ясное дело, но мы и до него дойдем. Интересно как там сейчас Какаши? Сколько ему лет вообще?
Перебрав остальные уведомления, ничего более любопытного не нашел. Ну и ладно. Пора заканчивать отдых и заняться делом.
В первую очередь нашел Ойнеко и узнал, как наши дела в целом. Старик сообщил что Бутсу и остальные Коты Мудрецы все еще восстанавливаются. Он намекал что было бы неплохо их немного подлечить, и я не сказать, что был против, но в начале были дела и поважнее. Те ребята уже доказали, что стойкости им не занимать, но вот обычные коты вызывали у меня больше опасений. Я не хотел запускать и откладывать их извлечение из каменных оболочек. Было бы жуть как обидно если бы они повторили судьбу окаменевших жаб.
Так что я создал некоторое количество, но не очень много на этот раз, клонов, и пошел писать печати для Техники Дренирования Чакры. Старые несколько поистрепались, так что я не хотел рисковать даже в мелочах. Благо что Конан изначально создала довольно внушительное количество бумажных листов, так что сейчас нет нужды будить девочку. Эх, когда уже я прокачаю этот навык до соточки? Если судить по Взрывным печатям, то на максимальном уровне открывается возможность создавать фуиндзюцу буквально на земле, силой воли и прямым манипулированием чакрой, не утруждая себя необходимостью браться за кисточку, и писать свитки.
К вечеру удалось освободить полсотни кошек. Они были очень слабыми после выкачки большей части чакры, но счастье на лицах их родственников, родителей и детей, стоило всех приложенных усилий. Под конец дня я сбился со счету сколько раз меня благодарили и лили слезы на трофейный чунинский жилет. Было даже как–то неловко, если честно. Как–то я не привык к подобному количеству разумных существ вокруг меня. Именно поэтому, вечером, когда народу на площади, где собственно разместили пока все статуи, народу стало еще больше, я решил улизнуть.
Восседая на краю городской стены, свесив ноги над пропастью, я задумчиво рассматривал каменную пустыню.
— Привет, — поздоровалась Катши, и умостилась рядом со мной.
— И тебе не хворать, — рассеянно ответил я.
— Извини, мои соплеменники иногда могут быть очень приставучими, — мягко произнесла кошка.
— Это точно, — хмыкаю, как–то кошки у меня далеко не с подобным поведением ассоциируются. Когда–то у меня была кошка, и ко мне она подходила исключительно в тех случаях, когда в чем–то нуждалась, вода, пища, выпустить ее на улицу посреди ночи… Во всем остальном она меня тупо игнорировала и, казалось, просто вынужденно терпела. — Но не извиняйся, я могу их понять.
— Ты и твои друзья многое сделали для нас, — заметила Катши. — Вы спасли нас. Спасли от страшной участи, от вымирания, от полного исчезновения.
— Так, давай хоть ты не будешь мне лить эту воду в уши, ладно? — тяжело вздыхаю.
— Хорошо, — просто кивнула кошечка. — Но… знаешь, если…
— Да что с тобой? — удивленно вскидываю бровь и поворачиваю голову в сторону собеседницы. — Где та злая и волевая кошка которую я знаю? Кто ты такая и что сделала с Катшинеко?!
