Как и всегда Третий вещал о воли Огня о предназначении шиноби, о дружбе и прочих прелестях жизни. Джирайя слушал наставника с нескрываемым интересом, по прошествии лет, после этой войны его слова воспринимались иначе. Чувствовалась в них затаенная боль от десятков, сотен если не тысяч потерь что за свою жизнь пережил этот человек.
Наконец урок был окончен, Хирузен отпустил детишек по домам и повернулся в сторону Джирайи что скрылся в густой листве одного деревца на краю открытой площадки на заднем дворе Академии.
— С возвращением, Джирайя–кун, — изогнув губы в улыбке произнес мужчина в фирменной шляпе Каге. Ну да, было глупо предполагать, что его не заметят.
Мигом оказавшись перед своим сенсеем Джирайя встал на одно колено.
— Хокаге–сама, — произнес он.
— Что это? — вскинув бровь, спросил Хирузен. — Кто ты такой и что сделал с моим учеником?!
Джирайя поднялся на ноги и лучезарно улыбнулся.
— Ха–ха, видел бы ты свое лицо, старик!
— Ох, я уж боялся, что случилось непоправимое и мой дорогой ученик научился манерам, — покачал головой Сарутоби. — Рад что ты вернулся невредимым.
— Да что со мной случится, ха–ха!?
— Давай найдем лучшее место для разговора, — предложил Третий.
Джирайя только кивнул и последовал за своим наставником. Против ожидания тот привел его не обратно в свою башню, а к монументам предыдущих и текущего Каге. Только взобравшись на высеченную в скале голову Второго лидера Скрытого Листа, Тобирамы Сенджу, он остановился вздохнул полной грудью.
— Итак, рассказывай, — мягко непреклонно приказал старик.
— Что рассказывать?
— Ну, а сам как думаешь? — нахмурился Хирузен. — Что это за нелепая история которую рассказали мне Цунаде и Орочи, о том, что ты, мол остался в Амегакуре чтобы обучать тройку беспризорников?
— Ах это… Ну, у меня отпуск намечался, вот я и решил провести его присматривая за детишками.
— Джирайя, не время для пустых отговорок. Ты хоть знаешь сколько усилий мне пришлось приложить чтобы убедить старейшин и совет джоунинов что ты не переметнулся на сторону Аме?!
— Что?! — возмутился санин. — Я бы никогда…! Я бы никогда не предал Коноху!
— Знаю, я знаю это, — тяжело вздохнул Третий. — Но это я — твой сенсей. Но даже я не могу до конца понять твои мотивы. Полтора года, ты понимаешь это? Полтора года ты обучаешь не пойми кого! И это посреди войны!
— Эта война уже тогда шла на спад, — отмахнулся блондин. — Хм, ладно, я расскажу, только для начала, старик, отошли свою охрану.
— Ты серьезно? Это так важно?
Джирайя только кивнул. Третий Хокаге очень редко видел своего ученика таким серьезным, потому тут же принял решение. Говорить под открытым небом было опасно, потому все же пришлось вернутся в башню, в свой кабинет. Пускай тут на голове своего учителя ему всегда думалось намного проще и легче, но раз уж ситуация того требует…
— Так что это? — спросил он у Джирайи, когда приказал отряду АНБУ отойти на большее расстояние, и закрыл кабинет всеми доступными от прослушки средствами.
— Я… я думаю, что нашел его, или ее… сложно сказать, — болезненно улыбнулся Джирайя.
— Нашел кого?
— Ребенка из пророчества, — просто произнес Джирайя.
Сарутоби нахмурился. Он знал о том, что после того как его непутевый ученик заключил контракт с призывным животным, Великая Жаба Мудрец предсказала ему о том, что Джирайя найдет ребенка что может или спасти, или уничтожить их мир, в зависимости от того каким образом Джирайя обучит его. Это могло показаться сущей глупостью, но даже призыв Хирузена Король Обезьян Энма с уважением отзывался о своем жабьем коллеге. Он советовал прислушаться к пророчествам Жабы Мудреца. Вот только…
— Разве ты не говорил этого об Минато? — нахмурился Хирузен.
— Послушай старик! — вспылил Джирайя. — Ни у кого из этих детей нет надписи над головой — «Ребенок из Пророчества»! Я все еще считаю, что Минато безумно талантливый ниндзя, но… на его фоне те ребятки которых я нашел… они просто монстры! И я не могу игнорировать это!
— Мне нужны подробности. Что значит «монстры»?
— Я… хорошо. Должен сказать, что до того, как мы с Цунаде и Орочи нашли их, детишки почти не обучались искусству ниндзя. Вернее, у них не было учителя, но они смогли самостоятельно понять основы основ. Почувствовать свою чакру, начать упражнения на контроль чакры, а один из них самостоятельно по одному только свитку освоил первую технику, Шуншин но Дзюцу! А еще он самостоятельно воссоздал что–то похожее на технику Цунаде, ее Усиленную Чакрой Мощь!
— Сколько ему было лет на тот момент? — заинтересованно спросил Хирузен.
— Пять или шесть, сложно сказать, эти дети сироты.
— Хорошо, я могу понять твой интерес в таком случае. Но ты говоришь, что другие тоже привлекли твое внимание?
— Это точно! Одна девочка, за эти полтора года смогла создать новый стиль в ниндзюцу! Вторая, освоила все пять стихий разом!
