Ямато уже были мною выданы инструкции, за него всё мог рассказать деревянный клон, сам по себе крепкий и способный находиться очень далеко от прайма. Поэтому, когда я пулей вылетел из палатки Годайме Хокаге, пока меня не прибили криками и не запекли взглядами для дальнейшего поедания или заваливания делами, Ямато как раз тоже выходил из штабной палатки на пару с Зо. Поскольку Шиби уже рассказал Шикаку о порученной мною миссии, главный стратег догадался о ролях новых привлечённых и не чинил препятствий, осознавая всю срочность и необходимость мер по предупреждению места и времени внезапных атак, а также приближение времени старта реконструкции Конохи. Высадив двух товарищей в пещере, где над поколениями жуков усердно корпели Шино и Муто, которым глава клана передал гостинцы к ужину и материалы с инструментами для ведения необходимых исследований, я благополучно вернулся обратно, страстно желая подпрячь других шиноби вместо себя.
Без труда отыскав Гая, я отправился принимать текущие результаты данной ему миссии. В темпе отобрав наиболее перспективные разработки, до позднего вечера доводил их до ума. Под светом звёзд наконец-то удалось воплотить проект в жизнь. Заимствовав шестой малый ромбик из восьмидесяти одного, я воспользовался уплотнённой в нём силой, чтобы наперво выровнять поверхность котлована и создать ровную площадку с защищённым дном – под фундамент. Затем создал гигантский бункер спасения, сотворив полусферу «Дотон Кеккай: Токаттен Кюуэн» радиусом в несколько сотен метров. Огромный купол я укрепил точно таким же сотовым покрытием магии панцирных врат «Бакудо-69: Кикай но Джомон», идеально совместив гексагоны. Пол прикрыла «Бакудо-81: Данку», это же заклинание закрыло неполные выемки у основания полусферы, чтобы сделать в тех местах входы-выходы. По аналогичному принципу я создал вокруг только что созданного центра шесть подобных куполов, но приплюснутых: дно выше на десяток метров и радиус в разы больше при высоте вровень с центральным бункером для укрытия ниндзя и будущего многоярусного командного центра.
Предупреждённые листья, несмотря на ночь, организованно покинули пятикилометровую зону вокруг Конохи, одни джонины остались. К этому времени я как раз завершил самый сложный этап строительства, заключавшийся в прилаживании способности «Гакидо: Фудзюцу Кьюин». Пропечатывая технику поглощения на центральный бункер спасения, на несколько долгих секунд активировал этот барьер в виде купола, приплюснутого пониже уровня облаков – немногим выше прежнего защитного фуиндзюцу, которое было развёрнуто над Конохой до атаки Пейна. Недостающую чакру «Гакидо: Фудзюцу Кьюин» высосало из джонинов. В среднем от их резервов осталась четверть, когда я сумел стабилизировать область охвата, из которой исключил шесть вспомогательных бункеров.
Тысячи пользователей Катона выстроились вперемешку с армией теневых клонов Наруто, порядком черпанувшего от Кьюби и собравшего достаточно сенчакры, чтобы помочь раздуть огонь. Синхронизированные через мою небесную сеть, все разом применили ниндзюцу - кто во что горазд! Фееричное зрелище, особенно с учётом, что я с высоты облаков выдохнул “A”-ранговый великий огонь уничтожения «Сенпо Катон: Гока Месшитсу». А внутри центрального бункера Гай открыл восемь врат Хачимон и высвободил пламя, чтобы изнутри испечь камень ядра и для слияния трёх разнотипных барьеров в один, который сможет поглотить «Биджудама» девяти хвостатых демонов.
Сконцентрированное в котловане пламя создало огромные температуры, помогшие образовать неимоверно твёрдые стены. Через четверть минуты мой занпакто активировал «Гакидо: Фудзюцу Кьюин», и печать поглощения за секунду всосала всю стихийную чакру, раскалив ядро так, что яркий свет многие за пределами долины спутали с солнечной зарницей. Пока Гай под восьмыми вратами прожигал главные тоннели между всеми семью куполами, я помог бригадам пользователей Дотона объединиться и дружно применить “C”-ранговое ниндзюцу «Дотон: Чидокаку», повышая уровень каменной породы в котловане чуть выше макушек бункеров. К полуночи площадь земли под городскую застройку была готова – ровный блин от стены до стены. Позаботившись о жизни и здоровье Гая, чрезвычайно довольного ходом прошедших испытаний Хачимон, я вновь избежал «разговора по душам» с Цунаде и спешно отправился к белобрысой команде в Ад, уже догадываясь, что мне предстоит: происходят события мирового масштаба и значения, а добровольно согласившиеся на обеспечение мирового баланса до сих пор не при делах кукуют в Аду с его давяще грешной атмосферой. Конечно, я более чем осознавал, что в голове у каждого из них водятся свои кикаичу, но с этим риском приходилось считаться – один в поле не воин.
