Вот ж мелкий паразит! Но его сила духа впечатляет, а отсутствие на лице свидетельств пролитых слез говорит о его личностном росте. Наруто сопротивлялся, как мог и умел, отвергая посулы и доводы Кьюби. Узумаки не собирался сдаваться и уступать напору. В отца растет. И мать. Как сэнсэй отметил свой успех – Наруто сидел на воде, замочены только штанины его любимого оранжевого костюма, выглядящего здесь как с иголочки.
- Ммм, пока искал тебя,
- Ага, ото-сан! – Осмелел Наруто, перейдя с шепота на тихий голос.
В это время Кьюби прекратил бесполезные и, как я понял, болезненные попытки навредить, выпуская свою насыщенную темно-красную чакру через прутья. Лис сложил голову на передние лапы и скалился, порыкивая. Он слышал нас – мы его нет. Я специально так сделал.
- Эм, Наруто, если назовешь меня ото-саном вне своего внутреннего мира, то нас разлучат.
- Как?! Кто?! Почему?..
Не ему тягаться со мной в силе сжатия кистью. Третий вопрос он задал менее возбужденно.
- Дело в том, что у Сандайме Хокаге нет абсолютной власти. Эм, джинчурики, коим ты являешься, это самое мощное оружие гакуре. Бесчеловечные шиноби посчитали, что джинчурики должен расти сам по себе, чтобы никакой клан или кто-то еще не использовал тебя в своих корыстных целях, чтобы никто не влиял… Эм, понимаешь, Наруто, одним простым фактом проживания на территории чьего-либо кланового квартала ты изменяешь расклад сил. Мм, представь партию в сёги. Ты - это ладья с потенциалом превратиться в дракона, твое появление на любой стороне доски изменит ход партии. Влияние на тебя - это как ход фигурой в сёги. Мм, влияние на тебя определит то, что после приказа защищать гакуре от вторгшихся врагов ты потенциально можешь побежать в первую очередь защищать дом и клановый квартал проживания, а не бросишься без колебаний к одному из мест прорыва. Ммн, вижу, сложно… Я не твой отец Наруто, ни родной, ни приемный, ни крестный…
- Но ведь ты пришел сюда, Какаши! И ты заботишься обо мне как отец и… и любишь, правда, да?
- М-маэ… - тяжело вздохнул и вынул свою руку из его захвата. - В память о своем великом отце не называй ото-саном никого другого, Узумаки Наруто.
- А кто он, Какаши-сэнсэй? – Тут же сменил тон Наруто.
- Тьфу, паразит мелкий!
- Мне никто о нем не говорит, Какаши-сэнсэй, - ничуть не смутился отрок, твердо решивший добиться своего. – Есть закон, запрещающий о нем мне рассказывать, да?
- Он был моим сэнсэем…
- Что, правда, что ли?! А… сс!
- Невежливо перебивать, - отвесив белобрысой голове подзатыльник. – Он был самым уважаемым мной Шиноби. Мм, я был юн и многого не понимал в жизни, когда из-за предательства случилась трагедия. Я не буду оправдываться и признаю свою вину, что за все твои годы ни разу не навестил, не заговорил, не помог, не избавил от чувства беспросветного одиночества. Но я дам тебе совет – укрепляй волю. Чем она сильнее, тем тяжелее тебе будет внушить что-то против натуры. Мы с Саске учим тебя противостоять гипнозу, но без твоего рвения…
- Я буду стараться изо всех сил, Какаши-сэнсэй! Ой, простите…
- Так вот, Наруто, чем сильнее твоя воля, тем больше света даст эта вода. И когда-нибудь этот свет избудет мрак… - оставил мысль незавершенной, повернувшись на пошевелившегося Кьюби, по-моему, зло засмеявшегося.
- Какаши-сэнсэй, вы так и не сказали, кто же мой отец, - произнес Наруто, без страха и дрожи выглянувший на Кьюби из-за моего бока.
- Мне стыдно признаться, Наруто, стыдно за себя и за Коноху, допустившую такое. Даже фамилию тебе его не оставили, дав материнскую… Твой отец Намиказе Минато, Йондайме Хокаге.
Наруто застыл в полном охренении, а заточенный Кьюби стал выражать всю ярость и гнев, отчетливо помня мужа предыдущего джинчурики – Кушина с Кьюби не церемонилась.
- Если ты хотя бы заикнешься или проявишь внезапный интерес к нему, то нас тоже разлучат. В лучшем случае. Мне, знаешь ли, с молчаливого согласия Хокаге почти прямым текстом запретили учить команду-7 чему-либо. Будь бдителен и осторожен в словах своих и поступках, Узумаки Наруто.
- Я обязательно стану Хокаге, - хмуро выдал Наруто, играя желваками.
Даже Кьюби соизволил прищуриться на это клятвенное заявление.
- Тогда прими к сведенью, что Сакура отлично подойдет на роль отпугивающей всех исполнительной секретарши, но вот в качестве твоей жены она…
- Какаши-сэнсэй! Я сам выберу…
- Сам-сам, - со смехом вставая и взлохмачивая ежик волос Наруто, воинственно вскочившего ради клятвы, - конечно сам.
Как специалист по кидо, я имел еще один повод для гордости – каидо подействовало как должно. Отметил это и занпакто, который в шикае сосредоточился на Шарингане и совсем-совсем не покушался на кидо.
- Ладно, шутки в сторону, пора дать Кьюби урок хороших манер.
- Я сам… - храбро начал Наруто.
- Ученик, не в обиду, но я видел, как ты трясся. Против напора демонической воли ты сдюжишь, эм, и пока это твой
