Завершив вводную, хлопнул дымовой шашкой и переместился к стройке, где теневики Наруто уже копошились с грязевыми ямами и круглыми вращающимися бревнами для пробежек по ним. Раздав приказы первой десятке, стал перечитывать учебничек Хирузена, ища скрытые смыслы и новые идеи в лаконично изложенном материале. Когда теневики закончили таскать бревна и отошли, я начал под косые восторженные взгляды разминку с призванными танто, изменения в них сразу же бросились в сапфировые глаза многочисленных теневиков, и не только в их. Плавные движения чередовались внезапными и резкими колющими выпадами, в рисунок боя с воздухом включал рубящие удары, стараясь ровно стравливать чакру в танто, с которых срывались пачки белых серпов «Хачи-Сирокама». Занпакто из неудобного положения подкручивал каждый серп так, чтобы тот не просто попадал в цель, а шинковал на одинаково ровные кругляши, даже если секущий удар шел из нижней плоскости в верхнюю. Нам обоим приходилось сильно концентрироваться, потому нарезка нескольких сотен кругляшей заняла четверть часа. Сделав страшные круглые глаза в сторону трех живых зрителей, сорвавших разминку ради зрелища с моим участием, взорвал светошумовую дымную гранату, исчезнув в сторону библиотеки Госпиталя. Всем заинтересованным лицам показал желаемое и прервал тренировку в искусстве владения мечами и кинжалами, как не жаль, другие дела тоже требовали моего внимания.
Был соблазн либо тайком прихватить свитки, либо сделать их теневые дубли во внутреннем мире, но после кровоизлияния в мозг насиловать себя и впихивать знания чревато новым кризисом. Так же не следует привлекать внимание к направлению моей деятельности, потому вместо остро интересующих меня медицинских фуиндзюцу набрал стопочку справочной литературы. Зарегистрировал каждый экземпляр на свое имя сроком на неделю. В библиотеке АНБУ под свою ответственность взял последнюю подборку хрестоматийных отчетов по последним миссиям, а так же исторические хроники времен правления братьев Сенджу, оправдывая возросший интерес своего ученика, помнящего мои предупреждения и возложившего утром цветы к грани с именами Хаширамы и Тобирамы. Наруто смекалистый и умный паренек, валявший дурку для привлечения внимания и слишком тесно сжившийся с образом деревенского простачка - все из-за отсутствия воспитателей акромя суровой действительности. Благо после повязки протектора его перестали задирать старшие ребята: одни из чувства самосохранения, другие из боязни сурового дисциплинарного наказания за нарушение кодекса ниндзя. В случае с Кибой рядом находился джонин, Куренай тогда сочла инцидент исчерпанным, ограничившись словесной взбучкой обоих виноватых в драке в неурочном месте, с применением давления яки и гендзюцу.
Зала собраний с клановой символикой повсюду, стол дугой, в центре расположился Сарутоби Хирузен, по его правую руку: Нара Шикаку, Яманака Иноичи, Акимичи Чоза, по левую руку с такими же непроницаемыми лицами восседали: Хьюга Хиаши, Инузука Цуме, Абураме Шино. Все они сидят в положенных по статусу хаори. Перед столом стою я в своей форме. Большая
- Хатаке-сан, совет кланов Конохагакуре требует объяснений произошедшего на территории клана Хатаке и длящегося с шести вечера до полуночи шестого мая сего года всплеска неустановленной и крайне опасной чакры, - проговорил Сарутоби-доно после завершения протокольного приветствия. В текущей ситуации неприемлемо обращение ко мне с суффиксом «доно» как принято по правилам этикета для главы клана, потому что клан состоит из одного ниндзя, для исправления этого и права на статусное хаори нужно обзавестись женой и законным ребенком.
После слов Хирузена в зале стремительно сгустилась атмосфера, подавляющая морально и совсем чуть-чуть недостающая до подгибающих колени свойств реяцу. Теперь меня этим не проймешь, хотя львиную долю своей жизни, относящуюся к Обществу Душ, я неукоснительно подчинялся офицерам и капитанам отрядов, не был рохлей и числился отличным исполнителем с амбициями вне области власти.
- Ущерб отсутствует, высокий Совет, у вас нет оснований и кворума для затребованных объяснений.
- По данным разведки, - сухим и бесстрастным голосом принялся пояснять председательствующий Хирузен, - в ночь на двадцать седьмое апреля из Киригакуре бежал джинчурики Рокуби, Утаката-кун направился в сторону Страны Чая, где его следы потерялись. Через сутки после побега неподалеку от порта Магуро-но-Каикоу, где видели двух саннинов, с полуночи до полудня фиксировались всплески чакры, похожие на ритуал перезапечатывания биджу в другом носителе.
- Абсурд, - на выдохе вставляю свое слово, едва Хокаге закончил предложение. Продолжить на вдохе не получилось:
