– Третий период начался с атак ЦДКА. 1:0 после двух периодов никак не устраивает армейцев. Коротков пасует на Боброва! Бросок! Штанга! Меньшиков пытается сыграть на добивании, но клюшка Толмачёва мешает форварду сравнять счёт. Блинков проходит по левому краю, встаёт за воротами, пас на наезжающего Александрова! Но шайба попадает в верхнюю штангу ворот и отскакивает к Никанорову. Атака по центру. Бобров! Освободился от своего опекуна! Удар! Шайба улетает к зрителям. Коротков играет на Бабича. Тот красиво уходит от Якушина, оставляет за спиной Бочарникова, но теряет шайбу перед самыми воротами. И вот уже «Динамо» входит в зону соперников. Трофимов на Соловьёва! Опасный момент! Где шайба? Судья показывает, что гола не было. Очередное удаление у армейцев. Александров набирает скорость. Проходит между двух игроков ЦДКА, прокатывается за воротами, замахивается! Петров сел на колени, перекрывая телом ближний угол! Но идёт пас на Поставнина! Промазать в пустой угол ворот невозможно! 2:0! Это уже серьёзная заявка на победу! Играть остаётся всего две минуты. Смогут ли армейцы переломить ход поединка и склонить чашу весов на свою сторону? Бобров протиснулся между Бочарниковым и Комаровым, потерял шайбу, которая оказалась у Никанорова. Бросок! Гол! 2:1! ЦДКА не сдаётся, возобновляя интригу в матче! Но время неуклонно тает. Коротков наносит удар! Степанов уже не в силах помешать шайбе, влететь в ворота! Александров вновь бросается под удар и принимает шайбу на себя! Это спасение! Свисток судьи останавливает матч, означая его окончание! Первым чемпионом СССР по канадскому хоккею, или как его обозвали в народе «шинни», становится московская команда «Динамо»!..
Ощущение победы и безмерной радости захлестнули игроков команды. Костик не помнил награждения. Всё прошло как в тумане. Вручили грамоту и какой-то свёрток. Романов, Ворошилов и ещё уйма народу жали всем руки, но Костик искал глазами Машу. Сейчас ему хотелось обнять её и крепко расцеловать. Перед глазами немного плыло. Наваливалась усталость. Команда потянулась в раздевалку под музыку оркестра. Костик шёл вместе со всеми. Внезапно ему стало плохо. Голова будто взорвалась. Он остановился, увидел Машу, растянул губы в улыбке и отключился…
Взгляд сфокусировался на потолке. В туманном сознании плавали обрывки воспоминаний.
«Опять госпиталь? Я уже его ненавижу! Ещё бы вспомнить, как я сюда попал и с чем? Ранение или травма? Маша знает? Скорее всего, знает, она же была на игре. На игре! Это же была финальная игра с ЦДКА! Мы выиграли!»
– Костя! Как ты нас напугал?
Костик дёрнулся всем телом, поднял голову, часто заморгал, не веря в увиденное.
– Мама?! Ты как здесь? – растерянно пробормотал он, отмечая обстановку вокруг.
Больничная палата совершенно не походила на палату 1947 года со своим евроремонтом и сложной медицинской аппаратурой.
«Мне всё приснилось? Война, шинни, Бобров? Как же так? А Салтан? Маша? Нюра? Чернышёв? Куликов? Выходит, что я как Шурик из фильма «Иван Васильевич меняет профессию»? Но почему? А Маша теперь как?»
Он сильно зажмурился и резко открыл глаза. Ничего не изменилось. На глаза навернулись не прошеные слёзы. Красочный и такой реалистичный сон закончился внезапно.
Мама обнимала его, гладила по голове, что-то приговаривала, а Костик жалел, что произошедшее с ним в прошлом, было не наяву.
Падение в люк канализации могло быть серьёзным для здоровья Костика. Повезло, что зима, и пальто зацепилось во время падения за штырь. Но вследствие резкой остановки ударился головой и кирпичную кладку. Итог – две недели без сознания.
Родители хотели, чтобы Костик больше лежал и набирался сил и выздоравливал. На что он ответил твёрдо: некогда лежать, надо тренироваться. И даже мама ничего не сказала против, встретив уверенный взгляд сына.
Все знакомые отмечали изменения в юноше. Учителя не могли нарадоваться на его успехи в школе, друзья ощутили, будто он намного их старше, родители были счастливы, что он остался жив.
Казалось, всё возвращалось на круги своя. Костик, хоть и не катался на коньках, и не играл с парнями во дворе в хоккей, тренировался в спортзале, дома. Врачи не давали разрешения играть в любимую игру. И вот, пришло письмо, в котором Костика отчисляли из клуба за низкие показатели и советовали ходить в хоккейный клуб по месту жительства.
Мама хотела поддержать Костика, говорила о том, что они не разглядели его талант, не смогли понять и раскрыть.
Костик оборвал её.
– Ну, и ладно, – произнёс он и пошёл одеваться.
– Ты куда? – спросила обеспокоенная неожиданным спокойным поведением сына мама.
– На «Локомотив». Думаю, возьмут.
И его взяли. Тем более ребят в команде не хватало, и со многими из них Костик гонял шайбу во дворе. Приняли, как своего. Для тренера сыграло роль, что парень играл в клубе «Сибирь». Правда, никак не мог его вспомнить, хотя с «Сибирью» локомотивщикам приходилось встречаться на городских соревнованиях каждый год.
