В этой комнате ничего не изменилось. Через пришторенное окно едва ли проникал дневной свет. Я сидела на полу перед кроватью в собственной комнате в доме Вёрса. У моих, сложенных по-турецки ног, сгорела почти наполовину белая свеча — мой ориентир в пространстве. Последнее время, когда я собиралась кого-то навестить или что-то сделать в своём призрачном фантоме, я всегда оставляла горящую свечу. На её пламя проще идти. И в душе поселялась уверенность, что всё пройдёт, как надо.
Вздохнув, я пальцами зажала фитиль. Пламя погасло.
Сил моих хватило ненамного. Но уже наметился явный прогресс. Я не просто нашла Диму, но и смогла чуточку его закрыть. При этом сознание, почти не замутнённое, вернулось обратно. Поскорее бы снова ощутить себя бессмертной, ангелом. Как же надоело быть слабой!
В дверь тихонько постучали.
— Не заперто, — отозвалась я, подымаясь с пола, тут же отряхивая одежду.
— Не помешал? — недоверчиво спросил вошедший Крисп, с удивлением оглядывая меня.
— Если б мешал, — я присела, взяв огарок в подсвечнике, — я бы не ответила.
— Что ты делала на полу? — Он с интересом вытянул шею, чтоб были лучше видны мои манипуляции со свечой.
Я глянула на него. Чуть удивлённый, на губах странное подобие полуулыбки — явно что-то задумал.
— А что делают на полу? Сидят, например. Вот я и сидела, — безразлично пожав плечами, я, наконец, отодрала от подсвечника огарок и сунула его в верхний ящик комода. — Ты чего-то хотел?
Лицо Фроста затвердело. Глаза стали холодными. Он сделал несколько шагов ко мне, остановился. Я уже привыкла к его весёлой, немного хамоватой натуре. И этот образ явно не вязался с вышеперечисленным.
— Что-то случилось? — Нервно дёрнув рукой, будто сбрасывая с неё неприятный липкий осадок, спросила я.
Он кивнул.
— Мира пришла в сознание. И теперь требует тебя.
— Меня??? — Я очень удивилась. — Мы с ней даже не знакомы.
— Тебя, — кивнул Крисп, не сводя с меня тёмных синих глаз.
Молча, я обошла Криспа и направилась в комнату Грега. Именно там сейчас обитала наша оборотница номер два. По пути я старалась не думать, зачем я ей вдруг понадобилась. Может, она отблагодарить меня хочет? Тогда у Криспа не было б такого жуткого выражения лица. А, впрочем, не думать, так не думать!
Я заметила, как Криспиан шагнул в комнату брата следом за мной.
Эта сторона дома была более светлой, чем та, в которой находилась моя комната. Окно выходило на тихую безлюдную улицу. Тротуар уже запорошило снегом, а дорогу покрыла блестящая тонкая корочка льда.
На кровати, застеленной белым покрывалом, сидела довольно хрупкая бледная девушка. Она разделила свои тёмно-русые волосы идеальным пробором по центру, и теперь медленно расчёсывала пряди. Светлые карие глаза изучали пейзаж на маленькой картинке в позолоченной раме.
Как только мы вошли, девушка поднялась. Она сразу подошла ко мне и порывисто схватила за руку. Чуть отшатнулась, закрыв глаза. Потом, вздохнув, грустно поглядела на меня и снова уселась на кровать.
— Извини, — пробормотала я, — У меня всегда руки холодные.
— Я эмпат. — Голос колдуньи оказался резким, никак не вяжущимся с её миловидным личиком. — Будь твои руки хоть изо льда, меня это не волнует.
Переглянувшись с Криспом, мы прошли к небольшому диванчику, стоявшему напротив кровати. Я села поглубже, утонув в мягкой спинке. Крисп устроился на подлокотнике, сурово глядя на оборотницу.
Только я собралась с мыслями, чтобы начать беседу, как меня опередила сама Мира.
— Ты — Роксана Лебедева. Земной ангел. Тебя хотел убить Димка. И твою силу хочет Боргезов. Так что, можешь не представляться. Я тебя уже знаю.
Я снова обменялась с Криспом взглядами. В душе накапливались какие-то неприятные волнения.
— Меня зовут Танимира. Но я предпочту, чтобы ты, как и все, звала меня Мирой.
— Хорошо, — протянула я.
— Сначала, — Мира впервые после того, как мы сели на диван, оторвала взгляд от картинки на стене и заглянула мне в глаза. — Спасибо, что спасла. Этого колдуна, — она перевела взгляд на сидящего на противоположном конце дивана Криспиана, — я уже поблагодарила. Теперь к делу.
И замолчала.
