— По поводу второго твоего вопроса, так ты сама спросила, умею ли я взламывать замки. Пришлось срочно найти отмычки, — он широко улыбнулся, беспомощно разведя руками. — Что поделаешь, слово леди для меня закон.
— Это хорошо, — кивнула я, осматриваясь в поисках вешалки.
— Рокси, — Криспиан окинул узкий пустой коридор долгим взглядом. — Мы же не собираемся выносить из квартиры ничего ценного? Тут и так, судя по всему, не слишком богатая обстановка.
— Смотря, что назвать ценным, — скинув тёплую куртку и ботинки, я осмотрелась. Я собиралась основательно порыться в квартире Дмитрия.
— Что мы хоть ищем? — Криспиан быстро прошёлся по двухкомнатной квартирке.
Ничего лишнего. Спальня, она же кабинет, аккуратно заставлена стопками разной литературы. В зале кроме большого дивана и очень хорошего музыкального центра с сотней дисков под ним, ничего примечательного нет. Впрочем, я вспомнила, как в той самой спальне, вроде бы совершенно обычной, я вместе с Димкой попала в ловушку. Однако вряд ли то, что я ищу, находится под полом, как в прошлый раз.
— Всё, что поможет узнать нам, где сейчас Дмитрий. Волосы, ногти, любимые вещи. Хоть что-нибудь.
— Никак не пойму, зачем он тебе нужен? Предоставь им с Таней самим разобраться в их отношениях.
— Дима мне нужен, как сильный колдун, а не как парень моей подруги.
Я прислушалась к себе. Что говорит мне внутренний голос, чутьё бессмертной?
Интуиция привела меня в зал. В спальню я заходить вообще не хотела. Нет. То, что мне нужно, находится именно здесь, в комнате с большим окном на детскую площадку.
— Не спорю, колдун он хороший. — Криспиан наблюдал за мной, не помогая… и не мешая, впрочем. — Только его сила против Боргезова, что иголка против слона.
— Зато он связан с Боргезовым гораздо больше, чем твой брат, — парировала я.
— Причем тут Грегор?
— И Грег, и Дима получили тогда силу не-людя. Грег использовал её несколько иначе, чем предполагал Боргезов. А вот Дмитрий действовал точно по плану до некоего момента, — я начала поиски с дивана. Может, в щелях между сиденьем и подлокотниками что-то притаилось?
— И что с того?
— Как бы объяснить… — я задумалась, продолжая прощупывать все щели в мебели. — У них с Боргезовым могла возникнуть своего рода ментальная связь. Они оба желали моей смерти. Это их объединяло. Мне тогда показалось, я ощущала Диму не только, как сильного колдуна, но почти что полубога.
— Что это значит?
— Ну-у, — я выпрямилась, посмотрела на Криспиана. — Мне кажется, Дима получил тогда не только силу Боргезова, но и часть его гм… духа? Личности, грубо говоря.
Я снова вернулась к диванному поиску.
— С чего ты взяла, что это так? — Задал вполне резонный вопрос мой спутник.
— Посуди сам. Вы с братом, когда вломились в логово Марка, отделались легко. Это значит, что он был лишён всей своей силы. Оно и понятно. Часть Боргезов отдал Грегу, часть — Диме. Но не-людь, которому, по меньшей мере, около двух тысяч лет, вряд ли был бы облапошен двумя, пусть и сильными, но всего лишь колдунами.
Переведя дух, утерев выступивший пот со лба, я продолжила высказывать свои догадки и рассуждения.
— Всё это говорит о том, что Боргезов отдал не только силу, но и часть себя кому-то из тех двоих. Я имею в виду Грега и Диму. А, раз уж, Марк был самолично заинтересован в победе Димы надо мной, значит, и отдал бы частицу своего духа последнему. Вполне логично.
— Погоди, — не согласился со мной Крисп. — Первое. Откуда ты взяла, что Боргезову около двух тысяч лет?
— Это просто. — Я оставила в покое диван и переключилась на коробки с дисками. — Таня мне его описала. Выше среднего роста со смуглой кожей и тёмными, хоть и золотистыми, волосами. Это приметы какого-нибудь римского патриция. Плюс, вы сами описали обстановку его жилища. Тоже Римом попахивает. Да и фамилия… Боргезов. Созвучна с Боргезе.
— Тут много притянутых за уши фактов, — возразил Крисп, но спорить не стал. — Ну, хорошо. Тогда, второе. Почему ты решила, что
Усевшись на пол напротив небольшого столика, под которым громоздились коробки с дисками, я принялась внимательно их изучать.
— Криспиан, ты веришь в женскую интуицию? — Не тратя время на долгие объяснения, задала я вопрос.
— Не всегда. Иногда интуиция оказывается глупостью.
Сверкнув в его сторону глазами, я усмехнулась:
— Тогда тебе стоит надеяться, что во мне проснулась не интуиция, а именно глупость. Потому что, если я права, то Боргезова и подобных ему без небесных ангелов нам в жизни не победить! В смерти тоже.
Почти все диски были с классикой. Исполнители разные, но произведения попадались одни и те же, минимум, по два, максимум, по шесть раз. Сдаётся мне, Дмитрий очень любил классическую музыку. Стоп-стоп. Не любил. Любит. Я ведь знаю, что он жив. Даже знаю примерно, в какой комнате находится. Эх, знать бы ещё, где эта комната.
