Шёпот Призрака полностью

— Иными словами, Сапфира и Эрос объединили свои ресурсы с целью получить место в совете, — сказал мне Стэш. — Лорд Эрос обещал ей всех своих сторонников. И с этим Леди Сапфира получает больше поддержки, чем любой бог здесь, даже больше, чем Валора.

— Похоже, это Избрание у неё в кармане, — заметила я.

— Возможно, — сказал он. — Но ночь ещё только начинается.

— Кто этот мужчина, стоящий рядом с Сапфирой? Тот, у которого руки толстые, как стволы деревьев, а глаза горят, как сторожевые башни.

— Это Каликс, — сказал он мне. — И он в некотором роде легенда. Давным-давно он служил солдатом в Небесной Армии, но теперь служит только Сапфире. Он её телохранитель, учитель и наставник, поклявшийся защищать её любой ценой. Леди Сапфира училась у Каликса всю свою жизнь, чтобы подготовить себя к этому дню — дню, когда она заявит права на свою судьбу.

— Очень мелодраматично. Ты должен писать речи, — сказала я ему.

— Я уже думал об этом.

— Но для такого здоровяка, как ты, работа с мечом важнее, чем с пером?

Он усмехнулся.

— Да. Люди видят меня и думают «ему надо на фронт», а не «хорошо смотрится за столом».

Я фыркнула.

— Что ты имел в виду, говоря, что Сапфира заявит права на свою судьбу?

— Судя по тому, что я слышал, её семья на протяжении тысячелетий пыталась (безуспешно) подняться в совет богов. Поэтому, когда Сапфира родилась, её мать решила, что дочь всю жизнь будет день и ночь тренироваться, чтобы стать совершенной богиней.

— Совершенная богиня, — повторила я. — Нешуточное давление.

— Она готова принять вызов. Если она выиграет Избрание. У неё есть соперница. Кое-кто другой очень хочет получить эту работу.

Я проследила за его взглядом и увидела рыжеволосую богиню. Она была высокой, и даже под пышным бальным платьем угадывалась стройная и мускулистая фигура. У неё были глаза ястреба и вид женщины, которая не боится запачкать руки.

— Это Леди Коралия, — сказал мне Стэш. — Она принадлежит к низшей знати и пользуется наибольшей поддержкой низшей знати после Леди Сапфиры.

— Она не выглядит очень приятным человеком.

— Нет, — подтвердил он. — Коралия считает, что совет был слишком снисходителен к подданным богов. Она хочет обуздать свободу и принудить к преданности.

— Звучит потрясающе весело.

— И всё же её взгляды привлекают многих богов — тех, кто считает, что им нужно быть менее щедрыми с «низшими существами».

— Вроде смертных.

— Смертные — это начало, но далеко не конец. Коралия и её сторонники верят, что никто, кроме богов, не должен обладать магией. Они не верят в то, что можно её отдать.

— Она хочет распустить Легион Ангелов?

— Она не просто хочет его распустить. Она хочет выследить и убить каждого солдата Легиона. Потому что, по её словам, им вообще не следовало давать магию.

С каждой секундой становилось все лучше.

— Включая ангелов? — спросила я.

— Особенно ангелов. Потому что ангелы со всей их магией находятся в наиболее выгодном положении, чтобы бросить вызов богам.

— Если она в это верит, то наверняка не в восторге ни от тебя, ни от меня.

— Так и есть.

— Откуда ты так много о ней знаешь? — спросила я у него.

— Я заглянул ей в душу.

Точно. Я и забыла, что у Стэша есть такая сила. Все боги — и ангелы тоже, когда они становились достаточно сильными — получали несколько особых способностей, выходящих за рамки обычного набора заклинаний и магии.

Я сама ещё не проявила никаких по-настоящему уникальных способностей — ну, если не считать моей склонности к хаосу. Всё, начиная от моих сияющих волос, которые гипнотизировали вампиров, и вплоть до моей способности внушать монстрам, каждая «особая» сила, которой я обладала, была просто продолжением Песни Сирены или Поцелуя Вампира. Значит ли это, что я не более чем конечное решение магического уравнения между моим отцом, Богом Сирен, и моей матерью, Демоном Вампиров?

Я действительно не хотела думать об этом.

— К счастью для нас, не похоже, что Коралия выиграет Избрание, — сказала я.

У меня и без того было достаточно проблем, чтобы беспокоиться ещё и о каком-то фанатичном божестве, преследующем меня и всех, кто мне дорог.

— Да, к счастью, — согласился Стэш, но он смотрел на Коралию с явным беспокойством.

Поэтому я тоже наблюдала за ней. Богиня шла к фонтану с водяными лилиями, и её розовое, как жвачка, бальное платье шелестело на каждом шагу. Каждый шаг был рассчитан, каждый раз нога опускалась именно там, где она хотела.

Она оказалась у фонтана. Она потянулась к одному из цветов… нет, её рука приземлилась на каменный край. Её нога опустилась рядом. Потом другая. Она перепрыгнула через воду и приземлилась на скульптуру русалки в центре. Она забралась на русалку.

— Какого чёрта… — я взглянула на Стэша.

Душа Коралии, должно быть, прямо сейчас сияла цветом чистого зла, потому что Стэш выглядел так, словно готовился к катастрофическому взрыву.