– Знаете, вы.. идите.., – смущается он, сначала показывая рукой на нее, затем на него. – Ты на свою журналистику, а ты.. прямиком с блокнотом, что сейчас держишь!

– Значит, предоставляешь мне свободу действий? – оживленно уточняет парень, заражая смехом подругу. – Вот это подарок!

– Оболдуи..

Смех на смех, продолжение творческого безумства с нотками хулиганства и предвкушения от грядущих перемен. Зима близится к завершению, оповещая зевак о скором изменении.

– Новая песня? – интересуется девушка.

– Новая песня на старый мотив, – ухмыляется в ответ.

– Кто этот человек?

– Тот, кто не ведает о моих терзаниях..

– Ты совсем потерялся! Грядет что-то новое?

– А сам-то! Что ты там постоянно пишешь? – возмущаются в ответ.

– Тренирую писательские навыки..

– Только не говори, что это какой-то сопливый роман? – вопрошает он.

– Это так, черновики о всяком.

– Всегда у тебя так..

– А что у тебя? О чем новые песни? – любопытствует Даня.

– О всяком, – передразнивают в ответ.

– Чур, я буду первым слушателем!

– Мечтай, – фыркают в ответ.

За окном капель, но где-то там еще зима. Врывается без конфузов, привнося причудливость узоров. Блеклый свет от светильника, легкий сквозняк. Ненавязчивые тени вечера опускаются на комнату, погружая в другой цвет. Табачный дым еще не развеян, окурки дотлевают на дне самодельной пепельницы. Думы вращаются, – отягощая, замедляя действие.

– Я хотел тебе кое-что сказать. Еще давно, – тихо проносится по комнате.

Выжидательная тишина, трепет сердца. Нервная дрожь по телу, сумбур в голове. Думы вращаются, пытаясь вырваться наружу.

– Ты мне нравишься. Давно, понимаешь, – выпаливает он.

– Знаю, – тихо признаются в ответ.

– Что? – ошеломленно переспрашивает он.

– Я знаю, – чуть громче произносит Даня.

– И.. как?..

– Это.. было заметно.

– Черт, как открытая книга.. Но я хотел, чтобы ты знал. Мы.. же будем дружить, несмотря ни на что?

– Несмотря ни на что.

Откровенность в темноте, неведение о завтрашнем дне. Секунды и минуты замирают в ожидании.

Обрывки приветствий, расходящиеся пути. Слова рождаются в музыке, музыка – в словах, вереницей проносясь меж жизней. Едва уловимые кивки, робость момента, сглаживание углов. Терпение в хаосе. Неодназначность, сумбур первого поцелуя, изумленная растерянность, виноватое «прости», неловкость побега, – от того, кто с самого начала знал о симпатии; чувств, что когда-то окрыляли, но стали только отравой для опаленных легких; от себя.

Отрицание в свойственной манере. Где-то зима, где-то обрываются последние струны.

Минувшего не избежать, чувства сменяются на чувства. Ответов нет, как и вопросов.

– Слушай, любить – не страшно.

– Даже, если не взаимно?

– Тем более, если это не взаимно, – кивает она в ответ. – Это чувство лишь укрепляет узы дружбы. И, знаешь, любовь – это ведь что-то абстрактное, не имеющее никаких определенностей. Но это не значит, что Даня тебя не любит – просто, он выражает свои чувства иначе.

– Но я его..

– И то, что ты когда-то его поцеловал – не страшно, – продолжает Даша, – это нормально, быть искренним. Искренность помогает оставаться тем, кем, в самом деле, являешься, и пугаться ее и вовсе не стоит.

«Dope» Гаги – начальные аккорды тихо окутывают нежностью, становятся предисловием к основной истории. Упущенное мгновение скидывает преграды, отсчитывая новые секунды будущего. Волны умиротворения и внутренней свободы медленно «вливаются» в размеренность дней, – наступивших и еще только ожидаемых. Порванные струны начинают заменять на новые, более прочные.

– Вам стоит попробовать дотянуться друг друга, понимаешь? – говорит девушка. – Всевозможные недопонимания случаются, однако, перебороть их можно вместе.

– Есть истина в твоих словах..

– Значит, – оживляется она.

– Да, но в свое время.

– Только не тяни, – добавляет она. – И постарайся больше не избегать очевидного..

– Как он вообще? – нерешительно перебивает он ее.

– Обрекает себя на мнимое счастье, – вздыхают в ответ.

Неловкость момента, отведенные взгляды. Болезненные вздохи, подвешенность состояний. Молчание под аккомпанемент подвески-пагоды: висит не по фэн-шую, но приносит с собой мелодии ветров – успокаивающие, очищающие, с легким ненавязчивым дребезжаньем. Что-то затихает, другое – обращается в звук.

– Почему? – тихо спрашивают рядом.

– Как бы он сказал: «Страдания – неотъемлемая часть моей души», притом лучезарно улыбаясь, – отвечает девушка. – Из него сложно «выбить» что-либо. Он.. быстро привязывается к близким и, в какой-то момент – щелчок, и будто пугаясь, старается оградиться ото всех, еще больше уходя в себя.

– Да, помню такую особенность..

– Пожалуйста, не отпускай его. Не отворачивайся, не избегай этой дружбы. Он – хороший человек, даже, если сам в это не верит и.. мы нужны ему.

Ты ведь знаешь, не правда ли?

Правда пугает, но не теряет своей красоты. Она прекрасна. Всегда.

Будущее волнение от предстоящего. Собраться со всеми мыслями, преодолеть последние барьеры – и не отпускать.

****

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Похожие книги