-- То где Атлас, то где Инсар? Ты определись, милашка, кто тебе нужен то? -- хохотнул фальцет.
-- Ублюдки!
-- Но-но, не сквернословь, принцесса. Мы вообще-то в трауре, забыла? -- смагор покосился на панель. -- К тому же Инсару Зуверфы уже ни к чему. Но тебе они нужны как никогда.
-- Что я могу?! Я в клетке!
-- Позволь слугам Хсара проникнуть в тебя. Ты ощутишь ту силу, которой обладал Инсар.
-- Зачем мне это?
-- Инсар в опасности. С минуты на минуту начнётся кровавое шоу. Инсара казнят вместе с остальными приговорёнными. Пора его выручать!
-- Почему я?
Фальцет тяжело вздохнул и заговорил быстро и сумбурно:
-- Ты -- балай де савфан. Он -- балай де утран. Вы -- неразделимы. Праведный Хсар невозможен без двух половин. Это самый прекрасный симбиоз, который возможен у сил могущественных и способных на разрушение и созидание. Потому я и весь мой народ всецело полагаемся на тебя. Мы долго и верно ждали возрождения титульного божества, мы заслужили награду. Хсар милостив и справедлив, и лишь тогда Он сеет смерть и разруху, когда мертва мудрая его половина.
-- А такое возможно?
-- Ещё как! Особенно в начале пути, когда будут сливаться воедино илейская плоть и дух демиурга. Настанет забытьё и нестабильность. -- Ответил фальцет. -- Но когда всё закончится, Инсар вспомнит обо всём, в том числе о тебе. И передаст частицу своей силы, возьмёт под защиту. Тогда то и начнётся Эра Хсара.
-- А если меня всё устраивает, и я не хочу всего этого?!
-- Ну, во-первых, ты лукавишь, -- снова говорил фальцет, -- во-вторых, мы могли бы загипнотизировать тебя, но это противоречит пророчеству. И в-третьих, мы сообщим, где Атлас, если ты поможешь.
-- Разве это будет важно?
-- Нет. Но ты ведь так не думаешь, правда?
Джулия опять кивнула.
-- С чего начнём?
-- Прими гостей.
Зуверфы сползли по стенам, коснулись пола, протекли тугой чёрной жижей, и, будто по сигналу, стремительно ворвались в Джулию, бесцеремонно проникая через рот, уши, нос и кожный покров. Она испытывала возвращение Зуверфов не раз, но теперь их трое и вместе они были сильнее и могущественнее. Джулия упала на кровать, забилась в конвульсиях. Это продлилось недолго. Даже самый ядрёный наркотик неспособен разом принести столько блаженства.
Джулия с трудом поднялась на ноги после череды одновременных оргазмов. Ещё около минуты её тело разбивала нега, но и она прекратилась, уступив ясному уму и потрясающему физическому состоянию.
-- Как самочувствие? -- спросил фальцет.
-- Будто только что вылупилась на свет.
-- Теперь понимаешь, как жил Килоди?
-- Бедняга, -- наигранно скривилась Джулия, -- ему, должно быть, сейчас очень паршиво.
-- Ты -- прелесть. Мы не сомневались. А теперь слушай сюда, -- смагор-фальцет подобрался ближе к Джулии, -- иди в кабинет отца. За его спиной хранится трезубец. Возьми его и отправляйся на место казни. Сделай всё, чтобы за миг до своей смерти Килоди был рядом, буквально на расстоянии вытянутого копья.
Смагор затих.
-- И что? Не томи!
-- И пронзи трезубцем грудь Инсара, когда жизнь будет покидать его тело. Втыкай, не щадя, что есть сил!
-- Что за бред?! Как я поймаю нужный момент?
-- Поймёшь, прелесть. Доверься интуиции и Зуверфам. Ты -- балай де савфан, ты мудра и решительна. Помни об этом.
-- Но почему мы не могли сделать это раньше?
-- Нет-нет-нет, -- покачал головой смагор, -- Хсар возродиться только вопреки насильственной смерти. В том суть мятежной энергии. Она не произрастает на почве благодетели.
-- У нас мало времени, -- раздался бас второго смагора, который стоял на террасе и смотрел вниз, -- Инсара усадили в машину и повезли.
-- Вот, надень, -- словно из воздуха смагор-фальцет извлёк стопку одежды, -- твой размер. Не в халате же тебе щеголять.
Джулия взяла одежду, рассмотрела её, подняла голову, чтобы отблагодарить, но смагоры уже испарились.
"Пора", -- прошипело трио Зуверфов. -- "Торопись".
Килоди выволокли на свежий воздух. Вокруг зашумели журналисты и зеваки, столпившиеся у "Фокстрота". Прямым включением по всем каналам Илейи прошла новость о "сюрпризе", который приготовил Оло Ван для зрителей. Инсара затолкали в квадратный броневик, приставили пятерых охранников и помчали по оживлённым улицам Сент-Валена.
