-- Я дурная ревелка? Всё хнычу и хнычу! Хотя думала, что уже не буду реветь, -- она снова залилась слезами и тут же остановила их невообразимым усилием воли.
-- Не бери в голову, -- отмахнулся Кей, -- у тебя самая страшная потеря, которую только может понести человек, особенно в таком нежном, хрупком возрасте.
-- Спасибо, что напомнил, -- она снова захныкала, но как-то на автомате, не всерьёз.
-- Кем был для тебя отец? Понимаешь, я всегда полагал, что у Лидера всей Илейи не может быть полноценной семьи, а дети растут сами по себе.
Неола замотала своими растрёпанными волосами:
-- У нас всё не так. Было. Он любил меня, а я его. И он меня не забывал. Никогда. Даже заработавшись, звонил и просил прощенья, что задерживается. Папа был лучшим из всех, кого я знала, -- она высморкалась в платок и убрала его в кармашек платья.
-- Ты выросла нормальной, ну в смысле без этих замашек, когда выбираешь из дорогого и самого неприлично дорогого, или там носишь шмотки, продав которые можно прокормить половину Илейи, -- в очередной раз Кей почувствовал, что сморозил чушь и сейчас получит чёткий, грозный ответ. Когда Кей и Неола болтали тет-а-тет, разница в четыре года стиралась, настолько взрослой была девчурка Фрая.
-- У меня полно таких знакомых, -- спокойно ответила Неола, -- разные модные штуки или косметика популярных марок. Я не больна этим. Меня всегда волновали другие вещи.
-- Например? -- Кей поднял складки кожи над глазницами, которые у обычных людей зовутся бровями.
-- Тебе правда любопытно? -- всплеснула руками Неола так, будто не верила, что кому-то по-настоящему интересно, что её волнует.
-- Расскажи,-- настаивал Кей.
Неола заломила руки, немного посомневалась, набрала в лёгкие воздуха и выдала быстро, почти неразборчиво:
-- Я обожаю конструировать!
Кей пожал плечами, дескать, ничего не понял.
-- Создавать всякие механизмы из металла, проводов и микросхем. А потом смотреть, как они двигаются, взаимодействуют, даже разговаривают друг с другом, -- Неола смущалась, но разговор занимал её.
-- Уф, надо же, -- по-настоящему удивился Кей, -- а расскажи, что ты собрала из последнего?
-- Ты когда последний раз видел бинтуронга? -- спросила Неола, посмотрев на своего мохнатого любимца.
-- Не знаю. Никогда, наверно.
-- А почему?
-- Потому что они до жути редкие твари? -- предположил Кей.
-- Не притворяйся дурнем, -- насупилась Неола, -- медведопсы уже лет двадцать как вымерли, а мой Пудинг -- это автономный механизм, запрограммированный меня защищать. Я сама его сделала. Училась по конспектам, которые мне присылал папин друг дядя Асмар. Признаться, я никогда его не видела, но зато все записи понятные, ничего лишнего, с рисунками для наглядности. Папа тоже чуть-чуть помогал, в основном с установкой программного обеспечения, и всё. Пудинг у меня уже год живёт. Как настоящий, правда?
-- Ничего себе! -- Кей соскочил с табурета, приблизившись к косматой туше. Бинтуронг тут же зарычал и вильнул своим массивным хвостом.
-- В него заложена программа, по которой он ведёт себя как пёс. Определённые слова задают команду, которую он выполняет тотчас. Смотри, -- она повернулась к Пудингу и произнесла, -- клубничный джем!
Медведопёс обмяк и закрыл глазища.
-- Вырубился? -- предположил Кей.
-- Ага, -- кивнула Неола, пошарила рукой на загривке животного, и оно снова ожило.
-- Если выйдем во двор, я покажу тебе, как он может меня оберегать, -- предложила принцесса. Кей с радостью согласился.
Солнце садилось, в монастырском саду неспешно прогуливались семенаристы, обсуждали грядущие выборы Лидера и недавний фестиваль независимого кино. Неола и Кей нашли старый сарай, в котором дворник держал инвентарь. Сарай не запирали, и ребята с лёгкостью уволокли старую, облезлую сосновую метёлку и направились за стены монастыря. Добравшись до цветочного холма, они установили инструмент, древком вбив его в землю. Кей немного отошёл в сторону. Неола подошла к палке, посмотрела на неё, затем на Пудинга, который не терял хозяйку из виду, потом снова на палку.
-- Малиновый десерт! -- скомандовала Неола и отбежала от метлы.
Бинтуронг встал в боевую позицию, оскалился, показав все свои заострённые железные зубы. Через секунду он набросился на орудие уборки и разнёс его в щепки, действуя пастью и мощными когтистыми лапами. Со стороны издевательство над метлой выглядело ужасающе. Механический пёс рвал с такой силой и отрешенностью, с какой может работать только отбойный молоток или штамповальная машина. Сомнений не оставалось, перед ними зверствовал мех, обязанный растерзать любого, кто обидит маленькую принцессу.
-- Пусть это останется тайной, -- попросила Неола, когда Пудинг закончил расправу.
-- Никаких проблем, -- согласился Кей.
