Пару раз его «включали» входящие сообщения, один раз звонил какой-то «Софер», с ним Авдеев перекинулся парой слов, как мне показалось из контекста — этот «денежный мешок» собирается приобрести какую-то недвижимость. Уверена, что не первую.
Но сейчас на это плевать.
Я просто фиксирую тот факт, что если бы ему, вдруг, в восемь часов вечера начала названивать какая-то тёлка или, очень может быть, моя драгоценная мачеха — я бы легко поймала на экране женское имя. Авдеев не предпринимает никаких элементарных мер безопасности. Ведет себя так, будто у него действительно кроме меня никого нет.
Эта мысль так неожиданно приятно щекочет, что я залпом допиваю шампанское и смотрю, как мигом оказавшийся рядом официант подливает еще.
— Кстати, гуглила твой самолет. —
— И как тебе? — Он отправляет в рот кусок мяса, прожевывает, выражая к моему еще пока не произнесенному ответу абсолютно искреннее любопытство.
— Громадина. — Я честно не могу сдержать восторг, потому что меня поразило все — начиная от размеров и заканчивая супер-салоном. — Я думала, бизнес-джеты — это маленькие такие самолетики на пять мест, а у тебя целая летающая крепость.
— Иногда нужно больше пространства.
— Для чего? — Наклоняюсь вперед, намеренно приглушая голос, как будто собираюсь выпытать у него гостайну. — Вечеринки с моделями?
— Именно, — он широко улыбается. — Бассейн с шампанским, фейерверки, диджей.
— Надо же, а казался меньше, — пытаюсь не поддаваться на его откровенный стёб.
— Ты уже определись — больше или меньше, Барби.
— Мы сейчас поговорим о том, что размер не имеет значения?
— Размер всегда имеет значение. — Он складывает приборы, слегка толкает доску с мясом к краю стола. Изучает меня своими гадскими синими глазами с такой издевкой, что хочется ткнуть его вилкой.
— Фигня, — отмахиваюсь, — главное — сноровка.
— Как ты относишься к сексуальным игрушкам, Крис? — неожиданно прилетает в ответ абсолютно откровенное. Такое адски пошлое.
И этот легкий прищур, синева из-под слегка опущенных длинных ресниц, пока Авдеев пьет воду и ждет мой ответ. Абсолютно без напряжения. Ни единого намека что он в принципе допускает возможность прямо сейчас быть посланным.
Возможно, если бы мне не нужно было залезть в его постель, я бы именно так и поступила.
Чисто из принципа, потому что некоторых королей жизни иногда нужно ставить на место.
Но меня жутко напрягает, что даже при таком раскладе я просто допускаю вероятность.
«Возможно» послала бы. А возможно — и нет.
— Положительно отношусь, Вадим Александрович, — держать невозмутимое лицо очень тяжело, но я стараюсь. — Есть некоторые ограничения, но в целом — никаких табу. А как вы относитесь к тому, чтобы использовать язык везде, где хочется женщине?
— Без проблем. Где она хочет, где я хочу.
Я просто не представляю, что мне нужно сказать — или сделать — чтобы его смутить. Ну или хотя бы заставить удивленно икнуть. Но на сегодняшний вечер это определенно становится моей идеей-фикс. Хочу посмотреть, что происходит с этим красивущим лицом, когда его хозяин не в своей тарелке.
— Это уже собеседование или я для таких вопросиков еще недостаточно… приготовлена? — Выразительно болтаю в воздухе бокалом и делаю еще пару глотков.
— Это просто разговор, Кристина. Взрослый. А ты не производишь впечатление девушки, которая краснеет от слова член.
Я вспоминаю свои танцевальные «подвиги».
Вспоминаю безликие мужские тела в темноте зала, которые выкрикивали такие вещи, что первое время я каждый выход на сцену соскребала с себя стальной щеткой для снятия ржавчины. Потом привыкла. Еще позже стало абсолютно по фигу.
Так что да, от слова «член» я не краснею уже давно.
Но от градуса разговора начинает покалывает внизу живота. Только черта с два я дам ему это понять.
— Ну что ж, — тяну я, словно перевариваю все сказанное. — Взрослый разговор, значит? Давай тогда расставим точки над «i». Что все это значит, Вадим Александрович?
— Может сначала закончишь с ужином?
— Звучит как отмазка.
— Звучит как очередное желание поспорить, — моментально отбивает мяч на мою сторону.
И… я пропускаю.
Потому что он знает куда бить. Прекрасно считывая меня даже через ту глухую оборону, которую, как мне казалось, я держу почти идеально.
Я ведь могла бы просто доесть это идеальное мясо.
Выпить еще бокал шампанского.
Расслабиться в лучшем ресторане.
И ежу понятно, что независимо от того, о чем будет этот вечер, я в полной безопасности. Такие как Авдеев никогда не пачкаются дешевыми манипуляциями типа «я тебя потанцевал — теперь танцуй ты». И он точно не станет силой пихать меня в машину, чтобы получить секс. Он его может получить у любой женщины в этом зале, просто расстегнув еще одну пуговицу на рубашке и глядя в упор примерно минуту.
Он просто дал мне расслабиться. Если кого и тянет «на пацанские разборки», то точно не его.
Но мне правда важно понимать, что происходит.