В книге описывается метод "чрезмерной поддержки", ответа на агрессию в виде её, трансформированной в "чрезмерную поддержку", чтобы не терпеть зла.
I
Последний человек покинул аудиторию. И стало тихо. Наконец этот кошмар закончился. Директор был сегодня очень возбужден, и, как всегда, требовал выполнения нереальных задач, отчитывал учителей за несуществующие просчеты. Андрей уходить не собирался, или просто не хотел, или просто у него не было сил сделать хотя бы один шаг по направлению к дому. Что тому служило причиной? Он не мог дать себе в этом отчета. Однако одна мысль все-таки заставила его собрать документы в портфель и встать из-за стола. Его ждала дочь, уже, наверное, минут двадцать назад закончились занятия, и она безусловно была еще там. А как же иначе? И нужно было спешить, и он сделал попытку идти быстро, по возможности, не встречаясь взглядом с суетящимися учителями, охранником, который как обычно что-то во весь голос обсуждал с завхозом. Меньше всего желания встречаться, конечно, было с Валентиной Петровной, директором школы, которая в такие моменты сама была не своя, давала много задач, большая часть из которых на следующий день теряла свое значение, но настроение портила неизменно.
Вот наконец входная дверь за спиной, и обошлось без встреч, чему Андрей был, несомненно, рад. Конечно директор найдет момент ему позвонить, но разговор с ней будет лучшим исходом, нежели смотреть в его заплывшие жиром глаза и нервно размазанную по губам помаду, неглаженый пиджак, слушать ее хрипловатый голос испорченный курением, которое она старалась скрыть от всех…. Но….
В общем об этом думать не хотелось. Вообще ни о чем не хотелось думать. Поэтому холод, который обдал его всего, сразу после того, как он вышел из школы, был спасением. Андрей закутался в пальто сильнее, и остановился на минуту. Посмотрев на тускло светивший фонарь, вдохнул свежий ноябрьский воздух и зашагал к машине.
Он знал, знал он опаздывает, что занятия дочери уже закончились. Он представил, что она сидит на диване в тусклом фойе Дома культуры, где проводились вокальные занятия. Эта картине много раз виделась Андрею, так как опаздывал он в последнее время очень часто.
– Бедняжка, она уже привыкла к этому, – сказал про себя он, вспомнив про то, как буквально неделю назад, так же задерживался. К сожалению, это происходит в последнее время очень часто, работа забирает слишком много времени, и что самое противное, отбирает много сил которые можно потратить на общение с дочерью. Как педагог и как отец, Андрей четко осознавал это, но сделать ничего не смог. На этот раз он смиренно повернул ключ зажигания и под тихий рев мотора повернул из парковки и покатил по темной улице. Ехать ему примерно полчаса.
Дочка сидела на том же самом месте, где и обычно, его дожидалась много-много раз. В фойе полутемно, все девочки разошлись. Впрочем, она не скучала, с мечтательной улыбкой всматривалась в большие окна, выходящие на дорогу. Андрей всегда различал ее силуэт в тусклом повешении зала, ту шапку с балабаном, розовую курточку с блестками. Сидит спокойно и послушно, покладистая. Андрей набрал ее по телефону:
– Лена, я приехал, выходи, извини, что задержался, опять работа, в общем выходи я приехал, – сказал Андрей, скованным от расстройства голосом. Даже его собственный тон, ужасно раздражал. Нахмурился, на секунду прикрыл глаза «Один… два… три… четыре… пять…» – постарался посчитать он и как сквозь пелену услышал в трубке:
– Хорошо папа, выхожу…
Андрей чувствовал не только стыд, но и тревогу. Важно не показывать своих эмоций, важно чтобы она не подумала о нем ничего плохого. Она, конечно, его любит, и радостно спешит домой, но как педагог он понимал, что эта любовь затмится разочарованием и злостью. Это не должно так долго продолжаться, но сейчас изменить ситуацию он не в силах. Он опаздывает очень часто и не только ситуация с дочерью его волнует, но и то, что ожидает его дома. Как в очередной раз отреагирует его жена, что скажет теща. Будет ли опять скандал или все обойдется обычным нотациями.
Андрей, был погружен в эти разочаровывающие мысли, даже тогда, когда его дочка села в машину на заднее кресло и обняла его. Тёплые маленькие ручки, обхватившие его – это единственная радость за сегодняшний день. Ну как тут не улыбнуться? Вспомнить, что он отец такой замечательной умницы дочки, что завтра новый день, и вообще впереди дорога и надо ехать домой.
– Как прошел твой день? – спросил он, стараясь разглядеть в зеркале лицо девочки, однако было темно.
– В школе получила пятерку по прописям. А вот на пении не вышло сегодня…
– Тот куплет про бабочек – вспомнил Андрей, как прошлым вечером дочь с женой разучивали его очень громко и мешали ему заполнять электронные формы.
– Да, не смогла дотянуть… Света перепела меня…
