Я не сомневался, что Сипягин убил Эрнста из-за кинжала. Наверняка этот сукин сын продал своего не слишком щедрого нанимателя ну хотя бы тому же Певцову. А тот потребовал от него вещественных подтверждений сделки между Строгановым и Шульцем. Скорее всего, не шибко умный Василий так и не уразумел, что взял с трупа не оригинал, а копию. Мне оставалось только укрепить его в выгодном для меня заблуждении. Именно поэтому, распрощавшись с Черновым, я сразу же отправился в «Даму треф». Мои догадки подтвердились почти сразу. Сипягин в компании двух сомнительного вида верзил прилепился надоедливой мухой к стойке, к неудовольствию бармена Кости, брезгливо косившегося в сторону подозрительных клиентов. Мое появление заставило Сипягина насторожится, однако радужные бумажки европейского союза, зашелестевшие в моих руках, потрясли уголовника до такой степени, что он сразу же забыл обо всех своих подозрениях.
– Я своему слову хозяин. Гуляй, Василий, от рубля и выше.
– За сто тысяч продал! – быстро пересчитал купюры Сипягин. – Ну, Феликс, ну, Счастливчик. Блин, что же это такое, братаны, все козырные карты к его рукам липнут.
– Не завидуй, друг мой, удачливому человеку, а научись для начала шевелить мозгами. Жизнь наша полна неожиданностей, в том числе и приятных. Умей поймать жар-птицу за хвост, чтобы получить пять заветных перьев.
– А я поймал, Феликс, – захохотал Сипягин, потрясая бумажками. – Костя, наливай коньяку, гулять будем.
Брезгливость на лице бармена сменилась снисходительностью к слабостям щедрых и обеспеченных людей. Отморозки смотрели на предводителя с восхищением, а сам Василий, похоже, вообразил, что действительно поймал в силки капризную фортуну. Я ни на мгновение не усомнился, что он спустит полученные от меня деньги в рулетку и от души пожелал ему сокрушительного падения.
Чуева и Колотова я нашел именно там, где им и надлежало пребывать в это уже довольно позднее время суток, то есть в ресторане. Для этого мне не пришлось особо напрягать извилины, поскольку я отлично знал, что любимым местом отдохновения Чуева является ресторан «Старый замок», где частенько бывал и я во времена счастливые и беззаботные.
Нализаться сладкая парочка еще не успела, что меня вполне устраивало, ибо Витька во хмелю частенько становится неуправляемым и способен своим хамским поведением отравить даже самое дружеское застолье.
– Я начинаю подозревать вас в нехорошем, господа. Вы опять тет-а-тет без представительниц прекрасного пола.
– Вот паразит, – разочарованно выдохнул Витька, – он и здесь нас нашел. Мне даже любопытно стало, чем закончится вторая наша встреча – перестрелкой, мордобоем, или вакханалией с голыми ведьмами.
– Я за вакханалию, Феликс, – сказал Колотов, наливая красное вино в мой фужер. – Имей это в виду.
– Пропащая твоя душа, – махнул рукой в сторону легкомысленного приятеля Чуев.
– О душе у нас еще будет время подумать, – возразил я Витьке, – а сейчас самое время поговорить о жизни.
– О чьей жизни? – насторожился Колотов.
– О твоей, Вячеслав, – посочувствовал я ему. – На тебя очень скоро начнется охота.
– Неужели загадочный Шульц ступил на тропу войны? – удивился дипломированный историк.
– А ты с ним знаком?
– Он мне звонил сегодня в полдень. Предлагал пятьдесят тысяч евро за перстень. Я обещал подумать.
– А что тут думать, – возмутился Чуев. – Этому перстню цена пучок редиски.
– Знаток, – усмехнулся я, выкладывая кинжал на стол. – Мы сторговались с Шульцем за два миллиона евро.
Витька едва не поперхнулся вином, и мне пришлось постучать ему по спине, чтобы вернуть к брызжущей ресторанной мишурой действительности. Колотов с интересом поглядывал то на меня, то на кинжал, решая, видимо, в уме трудную задачу.
– Он таких денег не стоит. Ну, тысяч сто от силы.
– Правильно, – согласился я с Вячеславом. – Остальные деньги, это плата за молчание. Впрочем, мне их все равно не тратить. Эрнста Шульца убили час назад.
Чуев то ли от испуга, то ли от неожиданности совершенно не к месту хихикнул и тут же испуганно прикрыл рот ладошкой. Впрочем, долго молчать он оказался не в силах:
– Я ведь говорил тебе, Вячеслав, там, где появляется Строганов, дело без трупов не обходится.
– Не я затеваю игру, Чуев.
– Правильно. У тебя другая функция, Феликс, – ты собираешь тела и души проигравших.
– Кому-то приходится делать грязную работу.
– Нет, Строганов, – погрозил мне пальцем Витька. – Стреляют и тычут ножами другие, а ты лишь просчитываешь ходы. Голову даю на отсечение, что это ты подставил несчастного Шульца. Во всяком случае, ты знал, что его убьют после встречи с тобой. И даже знал имя будущего убийцы. Ведь знал, Феля, знал?
– Допустим.
– То-то и оно. Подумай, Вячеслав, с кем связываешься. Ох, подумай…
Колотов смотрел на меня с интересом, мне ничего другого не оставалось, как развести руками по поводу психического расстройства старого знакомого. Ибо только законченный псих способен увидеть козлиные рога там, где нет ничего кроме человеческой гнусности.
