События в романе происходят в конце XX века в Чили и Англии.Федерика Кампионе обожала отца, хотя он проводил долгие месяцы вдали от семьи. В один из приездов он подарил ей волшебную шкатулку, принадлежащую когда-то принцессе инка, и пообещал, что она принесет дочери счастье. Феде поверила, что отец всегда будет рядом с ней, но родители расстались, и мать увезла шестилетнюю девочку в Англию.Новая страна, новые друзья, первая любовь и первое разочарование — через все это предстоит пройти героине до встречи с состоятельным красавцем, который становится ее супругом.Что принес этот брак Федерике, оказавшейся в «золотой клетке», кто пришел ей на помощь в минуты полного отчаяния и какую роль в этом сыграла волшебная шкатулка — в новом романе Санты Монтефиоре «Шкатулка с бабочкой».
Санта Монтефиоре родилась в Англии. Ее мать была англо-аргентинского происхождения. Санта Монтефиоре преподает испанский и итальянский в Эксетерском университете. После года преподавания английского языка в Аргентине она провела большую часть 90-х годов в Буэнос-Айресе. В настоящее время она живет в Лондоне со своим мужем, историком Саймоном Себагом Монтефиоре, и дочерью Лили. Ее первый роман «Встретимся под деревом омбу» был напечатан в издательстве «Коронет».
Очень хорошо написанный… старомодный роман о любви.
Увлекательный.
Освежающе… с воображением, шармом и утонченностью. Санта — это новая Розамунда Пильчер. Написано восхитительно.
Далекий от жизни, страстный роман о любви.
Хорошая старомодная сага со всеми классическими составляющими. Федерика наделена неподдельным пафосом и шармом, и этими качествами проникнута вся книга… захватывающая и очаровывающая.
Хочу выразить глубочайшую признательность моей кузине Андерли Харди за ее помощь по вопросам, касающимся реалий Чили, Сьюзан Флетчер, моему редактору, а также Джо Фрэнку, моему агенту, за их советы, мудрость и поддержку.
Любовь не дарит ничего, но лишь себя, и не лишает ничего, но лишь себя.
Любовь ничем не обладает, и ею обладать нельзя;
Ведь для любви довольно лишь любви одной.
Федерика открыла глаза и окунулась совсем в другой мир. Было жарко, но влажность оставалась умеренной благодаря прохладе морского бриза, подхваченной им в холодных волнах Тихого океана. Ее комната медленно просыпалась в бледном утреннем свете, который пробивался сквозь неплотно задернутые шторы, разбрасывал свои лучи по полу и стенам и поглощал остатки ночи, освещая аккуратно разложенных в ряд спящих кукол. Непрерывный лай пса сеньоры Бараки, доносившийся с дальнего конца улицы, уже давно перешел в хриплую тональность, но упрямая собака, как обычно, продолжала исполнять свои однообразные звуковые этюды. В один прекрасный день он совсем потеряет голос, подумала Федерика, что вовсе недурно, — по крайней мере, он перестанет будить всех соседей. Однажды по дороге в школу она попыталась угостить его пирожным, но мама сказала, что лучше держаться от него подальше.
— Не стоит трогать его, ведь неизвестно, где он шлялся, — посоветовала та своей шестилетней дочери, удерживая ее на расстоянии от собаки. Хотя парадокс заключался в том, что этот пес никогда и нигде не шлялся. Федерика вдохнула сладковатый запах апельсиновых деревьев, которым был буквально пропитан воздух, и почти ощутила во рту вкус сочных оранжевых фруктов, важно восседавших на ветках, словно стеклянные шары на рождественской елке. Она отбросила одеяло и встала на колени на краю кровати, выглядывая сквозь занавеси в мир, который заметно изменился после вчерашнего захода солнца. Новый восход вызвал приятное ощущение в ее худеньком тельце и радостную улыбку на бледном лице. Сегодня ее отец возвращается домой после многомесячного путешествия.
Рамон Кампионе был настоящим гигантом во всех отношениях: не только из-за своего роста — он был выше шести футов, что являлось весьма значительным как для чилийца, так и для жителя Италии, откуда родом была его семья, — но и в силу своего воистину колоссального воображения, которое, подобно галактике, казалось бесконечным и полным неожиданностей. Странствия забрасывали Рамона в отдаленные уголки земли, где его вдохновляло все необычное и прекрасное. Он путешествовал, писал и снова отправлялся в путь. Семья была практически лишена возможности нормального общения с ним. Он никогда не оставался дома на такой срок, которого было бы достаточно для того, чтобы домочадцы могли полноценно ощутить все обаяние личности, стоявшей за написанными строками и волшебными фотографиями, которые он делал. В сознании своей дочери он был могущественнее самого Бога. Однажды она сказала падре Амадео, что Иисус был никем по сравнению с ее отцом, который мог сделать нечто значительно большее, чем превратить воду в вино.
