Евтух провел оперативников к приемному устройству агрегата, пояснив, что сюда из горизонтов карьера, где режут стандартный камень, автомашинами доставляются отходы производства: бут, мелкие куски камня. Они перемалываются жерновами в белую, словно мука, тырсу.
– Ось тут Степанэ Егоршин, – с мрачным видом указал Мыкола в стальное чрево дробильного агрегата. Щеглов и Белозерцев между жерновами с зубьями увидели изувеченное, присыпанное тырсой и мелкими кусками камня тело мужчины с вывернутыми руками. В волосах, словно смола, запеклась кровь, левый глаз вылез из орбиты, окровавленное лицо исказила гримаса. Ноги несчастного утонули в стальной пасти дробилки.
– Зрелище не для слабонервных – произнес Василий.
– Я наказав ничого не триматы, – похвалился Евтух.
– Правильно сделали, – одобрил Щеглов и спросил.– В чем заключалась работа Егоршина?
– Почекайте, зараз побачите, – обрадовался вопросу мастер и поманил рукою за собой. Они поднялись следом за ним по крутой стремянке на небольшую площадку, расположенную напротив приемного устройства дробилки.
– Ось як, Степанэ брав камни, «карандаши» из лотка, чтоб воны на забылы дробилку, – Мыкола наклонился над металлическим барьером, имитируя хватку камня.– Потим вин камень бросае в сторинку. Мабуть и сам зирвався вниз…
– Что еще за карандаши? – удивился Белозерцев.
– Так мы называемо довгый камень с углом, дюже похож на оливец, – усмехнулся мастер. – Гарный материал для дач и гаражей.
– И много потребителей у этих оливцив? – поймал его на слове следователь.
– Не знамо, цим займается виддил сбыту, – сухо ответил Евтух. – Моя справа, чтоб техныка справно працювала. Як кажуть, щоб колеса крутились.
– Охарактеризуйте погибшего, – попросил Щеглов.
– Степанэ, мужык як мужык, – почесал жирный затылок Мыкола. – Работа у нього була тяжка, сами бачитэ.
– Да, уж не мед, – подтвердил Владимир. – Другого сюда, на эту каторгу, калачом не заманишь.
– Вин цэ знав и дозволяв соби вильности, – охотно подхватил Евтух.
– Какие еще вольности?
– Пыв самогон, як сивый мерин.
– В рабочее время? А куда же вы глядели, как начальник?
– Чего не бачив, мабуть и пыв, за всимы не уследкуешь. Ось якый участок, – мастер широко развел руками, словно пытался захватить в охапку большой разрез.
– Производство опасное, техника безопасности должна быть на высоте, – напомнил Белозерцев.
– З техникою безпеки повный порядок, – отчеканил Евтух, заранее предвидя этот вопрос. – Кожень тыждень инструктаж. Ось журнал. Тут и подпись Егоршина, що вин знаем з правылами техникы безпекы. Повный порядок.
– Если у тебя повный порядок, тогда позови машиниста дробилки, – велел следователь.
– Прохор! Прохор! – что есть мощи, закричал мастер и только после того, как подал знак рукой машинист, спустился вниз. Тяжеловатая походка, круглолицый мужчина со шлемом танкиста на голове.
– Сымы шлем, мабуть спыш в ньому?! – прикрикнул на него мастер. – Дробылка зараз не працюе.
Прохор, нехотя, стянул с головы шлем и виновато, переминаясь на месте, произнес:
– Не могу уже без него, привычка – вторая натура.
– Где вы находились, когда произошло ЧП? – спросил следователь.
– В кабине, регулировал нагрузку, следил за показаниями приборов.
– Вы слышали крик о помощи?
–Нет, ничего не слышал хоть кол на голове теши, дробилка гремит, как железнодорожный состав, – ответил машинист.– Работаю уже целый год в шлеме, чтобы не оглохнуть.
Слух стал терять из-за этой адской работы. Ушел бы, да другой нет. Безработица.
– Почему Егоршин работал без страховочного пояса?
– С ним неудобно, я как-то попробовал, сковывает движения. Вот Степан и решил, что без пояса сподручнее. Жаль, хороший мужик был, страшная смерть – врагу не пожелаешь.
– Степан на работе злоупотреблял спиртным?
– Чего не знаю, того не знаю. Работал исправно. Теперь на его место добровольцев не будет.
– Кроме Егоршина, еще кто-нибудь был с ним на площадке камнедробилки?
– Не знаю. Из моей кабины площадка не видна.
– Почему тогда остановили агрегат?
– По напряжению дробилки почувствовал что-то неладное. Решил, что жернова забились бутом, карандашами». Так и прежде нередко случалось. Останавливал машину и Степан с помощью лома освобождал жернова от крупных камней. И на сей раз спустился вниз и обмер – Степан в жерновах и весь в крови …
Белозерцев вслед за Прохором вскарабкался в кабину машиниста и удостоверился , что из нее площадка, где работал Егоршин, не видна. Это внушало доверие и к другим показаниям Прохора. «Все подвергай сомнению и проверяй, только тогда тебе откроется истина – принципу Василий следовал непреклонно.
Вскоре прибыли вызванные Щегловым по радиостанции судмедэксперт Спицын и эксперт-криминалист капитан Будченко. Первый констатировал факт смерти, второй сделал несколько фотоснимков трупа, а также произвел съемку видеокамерой.
Только после тщательного внешнего осмотра трое рабочих извлекли труп из дробилки. Он походил на тряпичный манекен с переломанными шейным позвонком, руками и ногами. Положили на носилки.
– Он был под градусом ощущается запах спиртного, – сообщил Спицын.
