Стинко с любопытством глядел по сторонам и от его зоркого глаза не укрылось то, что это поместье было самым настоящим торнеем, но это была только его малая часть. Основные учебные площадки находились за центральной усадьбой, левее. В поместье было довольно многолюдно, но его обитатели не спешили показаться на глаза и старательно прятались за деревьями, кустами и всяческими каменными сооружениями, видневшимися по обеим сторонам аллеи. Последний раз Стинко видел нечто подобное тогда, когда Нэкс учил их воинскому мастерству вместе с потомками Ямато Такеси. Их тогда тоже с утра и до ночи учили преодолевать подобные препятствия, да, и все прочие тренажеры в поместье Кувато были точно такого же древнего образца. Со слов своих друзей, таких, как Длинный Эрс, которые прошли обучение в торнеях черных рыцарей, он знал, что на них здорово отрабатывается быстрота, сила и точность ударов.
Через несколько минут они подъехали к дому, в котором родилась Ласковая Иури. Это было массивное сооружение, сложенное из здоровенных гранитных и базальтовых блоков с тремя широкими террасами из толстенных брусьев, крытых тёмно-красной, почти коричневой черепицей. Перед домом находилось нечто вроде плаца, мощёного гладко отшлифованными за тысячи лет серыми, гранитными плитами, а перед входом в дом располагался широкий двухскатный навес, опирающийся на древние, гранитные столбы, украшенные рельефными изображениями драконов. Уж если это поместье и подвергалось перестройке, то эти столбы точно никогда.
Водитель подъехал к плацу, быстро выскочил из машины и распахнул дверцу. Первым из лимузина вышел Джимми Накамура и встал справа от раскрытой двери. Затем из него не спеша, по-хозяйски вышел лорд Аригата, а вслед за ним Хидеоки. Эта изящная особа, одетая в старинное кимоно белого, васильково-голубого и лилового цветов, отделанного тёмно-зелёным, шитым серебром, шелком, вызывала умиление у каждого, кто только на неё посмотрел. Вся она, казалось, была, словно изваяна из какого-то полупрозрачного драгоценного камня, и, будто светилась изнутри серебристым светом. Аригата и Хидеоки степенно отошли от лимузина и встали чуть-чуть поодаль, после чего из него вышли шестеро парней в черных костюмах, затем три девушки, одетые в переливающиеся платья и, наконец, Ласковая Иури, которая вдобавок ко всему ещё и нацепила на нос черные очки.
За кустами, которыми был обсажен плац, тотчас раздались приглушенные возгласы. Не успели телохранители Ласковой Иури выстроиться справа и слева от неё, как из дома вышли её дед Оэдигава и дядя Каноичи. Похоже, что старый Оэдигава, одетый в простенькое коричневое кимоно, был готов увидеть в это утро кого угодно и что угодно, но только не свою внучку. Он был так поражен этим, что даже не заметил лорда Аригату и Хидеоки, не говоря уже о том, что только секунд через тридцать ему взбрело в голову завопить:
– К оружию! Схватить преступницу!
Джимми Накамура тотчас шагнул вперёд и сердито рявкнул:
– Отставить дурную беготню! Иури не преступница, она полностью оправдана Судом Хьюма, но болтать об этом на каждом углу я никому не советую, если он не хочет съесть свой собственный язык изжаренный прямо у него во рту. Оэдигава-сан, тебе бы стоило верить в свою внучку, ведь она привела в твой дом старого слугу императора Канагури, его великого сёгуна Аригату Кувато, разбившего на голову мятежников в битве при Рикеёми.
Тем не менее на плац выбежало сотни три ниндзя, но они даже и не помышляли о том, чтобы на кого-либо нападать. Однако, Оэдигава поднял руку и громким голосом воскликнул:
– Стойте! Я хочу во всём разобраться. – Сделав несколько шагов к Ласковой Иури, он спросил её – Внученька, это правда?
– Что, правда, дедушка? – Спросила Иури вместо ответа – То что я привела в твой дом лорда Аригату и его невесту Хидеоки или то, что вот этот парень, который является Судом Хьюма, а также ещё и моим любовником, только бывшим, меня отмазал вчистую?
Воцарилась неловкая пауза, которую заполнил Стинко, сказав:
– Дед, я специальный прокурор Стингерт Бартон, а это мой хантер Юм Хью, который ментально связан с миллиардами жителей Хьюма и он действительно Суд Хьюма. Твоя внучка Иури ни в чём не виновна, но мне очень хотелось бы знать, зачем ты хотел выдернуть её из Жестянки, где она мотала срок ни за что.
Стинко сказал это таким тоном, что ему мог бы позавидовать и Юм, который тоже умел заледенить свой голос до абсолютного нуля, а потому Оэдигава Кувато дрогнувшим голосом ответил:
– Мы хотели доставит её на Хьюм.
Этой короткой фразой он сказал так много, что Юм тотчас подтвердил его искренность и всю глубину чувств:
– Киска, твой дед очень переживал за тебя и он действительно приказал своим людям найти твою тюрягу и выдернуть тебя оттуда любой ценой.
Ласковая Иури усмехнулась и пробормотала:
– Черт, и этот туда же. – После чего громко крикнула – Ребята, девчонки, что же вы стоите, это ваш предок Аригата и его невеста Хидеоки! Хватайте их за руки и тащите в дом, ведь все предшествующие поколения Кувато жили только ради этой счастливой минуты!
