Сразу от входа во дворец начиналось нечто вроде полукруглого тронного зала с задником, разрисованным точно так же, как и все стены этого уровня. Сам дворец был относительно невелик, всего каких-то двести с чем-то метров в диаметре, что позволило Длинному Эрсу разместить в своём тронном зале маленькую барабанную фабрику. Прямо по центру стоял стапель, на котором покоился здоровенный барабан-годо длиной под сотню метров, а рядом со стапелем стояло с полдесятка верстаков и шкафов с инструментами. Из этого годо доносились весьма немузыкальные вопли и глухое шарканье стамеской по его стенкам. Весь мраморный пол вокруг уже ошкуренного барабана был засыпан снятой с него корой алмазного дуба и стружками, а возле лестницы, ведущей наверх, стоял лист белого пластика, на котором было написано неровными буквами: – "К бубну не подходить! Убью!". Стинко, покрутив головой, подошел поближе и громко крикнул:
– Эрс, ты внутри?
Из барабана донеслось в ответ:
– А где я ещё могу быть, брателла? Там же ясно написано, не влезай, убью, так что кроме меня в бубен никто не сунется.
Ответив своему другу, Длинный Эрс перестал шоркать стамеской и немедленно вылез наружу. Он был одет в камуфляжного цвета трусы до колен и войлочные тапочки, так что всем были видны его цветные брачные татуировки, нанесённые умелой рукой довольно яркими, не варкенскими красками. На мощной груди императора звёздных планетоделов был изображен он сам в зелёных годолайтарах с длинными ойтонами в руках. На животе у него был наколот алмазный дуб во всей своей красе и именно такой, какие росли теперь на Кругляках, а когда он стал спускаться по лестнице, то Стинко и его друзья увидели на спине этого парня парочку, занимающуюся сексом. Естественно, что это были Длинный Эрс и Диана. Император сидел в позе лотоса на кроне дерева, растущего от поясницы, а императрица, откинувшись назад и подставив свою грудь для поцелуев, сидела на нём. Руки и ноги Эрса были сплошь увиты цветущими лианами, на которых сидели птицы, бабочки и прочие мелкие зверушки.
Единственное, что Длинный Эрс воспринял от варкенцев, так это причёску-архо с заколкой прямой крест, но с тысячью косичками. Ну, и ещё то, что спустившись вниз он стремительно сцепил и расцепил пальцы в замок приветствия, какой именно Стинко даже не успел рассмотреть, и коснулся губами рук его спутниц, после чего забасил:
– Братан, я попросил тебя заскочить в мой гараж не от балды, а по очень важному делу. Ты меня знаешь, я зря стебаться не привык. Когда Рем Егоза узнал о том, что ты сваливаешь, он сразу же поставил меня на уши. Ну, не тебе мне говорить о том, сколько бидрупских пацанов и девчонок ухватили Старикана, что сидит Небесах, за бороду. Пару недель назад Бима Плаксу и Телулу Сорки тоже двинул в императоры. Наши друзья оказались в масть целой куче народу потому, что они правильные ребята. А за три дня до этого Забияка Винтер стал императором на Томогауне. В общем так вышло, что уже семьдесят шесть наших с тобой друганов и подруг стали императорами и императрицами, а ещё двести пять планетарными королями. Стинко, мы тут прикинули и получается так, что всем нам открыл дорогу наверх именно ты, а не кто-то другой. Хотя мы никогда не ставили тебя над собой, ты был у нас за большого бугра. Бим и Телли солёные хантеры и они не раздумывая посолили бы каждого из нас, как Зак посолил Сорквика, но будет правильно, если ты возьмёшь в руку бластер и приставишь его к плечу каждого из нас. Так решил наш маленький конвент, состоящий из одних только больших парней и девчонок, которые оказались в масть самому большому боссу.
Стинко только молча кивнул головой в ответ. Сказать что-либо сразу он не смог по одной лишь той причине, что у него в горле стоял комок. Да, ему и ничего не нужно было говорить потому, что император звёздных планетоделов, сообщив ему эту новость, мотнул головой, повернулся и пошел вглубь своего тронного зала за барабан. Стинко молча последовал за ним. Как только они обогнули большой годо, то увидели прелестную картину. В самом центре тронного зала перед задником, представляющим из себя огромное стереофото, изображающее поркерианский лес в Прохладе, стоял большой беломраморный подиум, а на нём два роскошных, здоровенных трона, точнее, кресла-трансформера и на одном из них, свернувшись калачиком, мирно спала императрица, вся перепачканная краской, а неподалёку парила большая платформа-антиграв с сиденьем, вся заставленная баллончиками с красками.
Теперь сразу стало ясно, кто был на самом деле идейным вдохновителем всех этих граффити. Длинный Эрс, подойдя к жене, наклонился, поцеловал её в висок и ласково сказал:
– Ди, малышка, просыпайся. Пришел Стинко с ребятами. Нам пора отправляться в трюм.
Императрица Диана что-то сказала спросонья, сладко потянулась и, протерев глаза кулачками, спрыгнула с трона. Помахав всем рукой, она воскликнула звонким голоском:
– Привет, ребята! Пока мы вас ждали, я немножко вздремнула. Подождите меня несколько минут, я пойду приму душ.
