– В ящиках находятся золотые монеты, год назад обнаруженные на месте древнего захоронения в районе водосистем Норфолк-Бродз, – проинформировал нас директор.
– Неплохо они там жили, в Норфолк-Бродз, – высказался Шарлей и подмигнул, разрешая вежливый смех. Никто даже не улыбнулся.
– Сокровищница, принадлежавшая, как считают, вождю викингов, была найдена строительными рабочими неподалеку от Грейт-Ярмута, в маленьком городке Раннэм, отсюда и название: «раннэмский клад». Как правило, на экспозицию выставляется не более двух процентов любого клано, поскольку эта находка совсем свежая и работы по ее исследованию и каталогизации начнутся лишь в следующем году, администрация музея решила выставить на публичный осмотр сокровищницу в полном объеме. Это третий по величине клад, найденный на территории Великобритании за всю историю, – восторженно вещал Грегсон.
– Сэр, а можно еще раз посмотреть на стол для сбора пожертвований? – спросил Шпала. Сзади послышались смешки.
– Мистер Уильяме, – сквозь зубы процедил Грегсон, –
нам осталось провести в музее всего полчаса. Прошу, не отвлекайтесь. Завтра я устрою контрольную по теме экскурсии.
Пожалуйста, потерпите еще тридцать минут.
Пожалуйста? Это еще что за хрень? Грегсон никогда не произносил слова «пожалуйста». Хорошего поведения он добивался от нас угрозами, подкупом и шантажом. Сомневаться не приходилось: директор задумал что-то нешуточное.
Я чувствовал, что, если в ближайшее время не произойдет ничего интересного, я просто сорвусь, и плевать на последствия, однако менее чем через десять минут болтология закончилась и мы уже весело жевали бутерброды в музейном кафетерии.
– Здорово было, да? – воскликнул Трамвай, запихивая в рот булку с сыром и ветчиной.
– Неа, – возразил кто-то за другим столиком.
– Меня приколол только скелет в сортире, а все остальное – отстой, – прибавил я.
– А как вам тот чувак без члена, который метал диск? – захихикал Крыса, имея в виду древнегреческую статую в южном крыле. – Мне понравилось. Интересно, кто оторвал ему прибор?
– Твоя мамаша, – грубо пошутил Конопля. – Наверное, откусила.
– Да нет, скорей всего не мамаша, а папаша, – ухмыльнулся Бочка, желая позлить Крысу.
Фодерингштайн шикнул на нас из-за соседнего стола, мы притихли и занялись бутербродами.
– Блин, как же кисло-то, – устало протянул я, потер глаза и улегся головой на стол. Внезапно кто-то сильно ударил меня по затылку, и мой нос превратился в лепешку. С удивленным возгласом я поднял голову, ощутил, как что-то теплое стекает по губам и увидел на белом пластиковом столе алые пятна крови.
– Ну, суки! Кто?!. – гневно вопросил я и тут же узрел довольную рожу Бочки.
– Ради всего святого, дети, прекратите хулиганить, – раздраженно проговорил Грегсон, схватил меня за руку и поволок в пункт медпомощи.
Медсестра с соблазнительными буферами, хотя и не такими красивыми, как у мисс Говард, зажала мне нос, чтобы остановить кровотечение, а Грегсон между тем заполнял необходимые бумаги. Кровь перестала капать минут через пять, и все это время директор от меня не отходил.
– Ничего страшного, хрящи целы, – наконец заключила сестра и дала мне леденец на палочке. Жаль, я бы предпочел сигаретку.
Мы уже собрались уходить, когда слова медсестры прямо-таки пригвоздили меня к полу.
– До свидания, Стюарт, будь поосторожней, – сказала она, прочитав мое имя на листке, заполненном Грегсоном.
Я открыл рот, чтобы поправить ее, но директор метнул в меня такой взгляд, что кровь опять едва не хлынула у меня носом.
– Э-э… хорошо, спасибо, – промычал я, явственно чуя неладное. Я сунул леденец в рот, проводил медсестру глазами и вопросительно посмотрел на Грегсона. Тот лишь молча прищурился и поджал губы.
Из медицинского пункта мы вышли в короткий коридор, ведущий обратно в музейные залы. Грегсон похлопал меня по плечу и указал на дверь в противоположном конце холла. На двери были написаны два слова. Я прочел их про себя, а затем вместе с директором вернулся в музей. Надпись гласила: «СЛУЖБА БЕЗОПАСНОСТИ».
Мне захотелось рассказать ребятам о том, что произошло во время визита в медпункт, но поскольку я и сам еще толком во всем не разобрался, то решил не спешить. Кроме того, несмотря на всю загадочность случая, меня ждали более неотложные дела, а именно Бочка и те два фонаря, которые я намеревался ему поставить.
В кафетерии я принялся высматривать этого негодяя и обнаружил, что он прячется за спиной Фодерингштайна. Бочка использовал Фодерингштайна в качестве щита и не отходил от него ни на шаг. Ладно, подумал я, ты все равно у меня получишь с процентами.
Мы покончили с бутербродами и разбрелись в разные стороны. Шарлей, безуспешно пытавшийся пересчитать воспитанников Гафина по головам, потерял терпение и рявкнул, чтобы мы выстроились в ряд.
– Одного не хватает, – сообщил Шарлей, а когда Грегсон спросил, кого именно, Шарлей обратился к нам: –Джентльмены, кто отсутствует?
– Не я, – с готовностью отозвался Крыса. Мы собрались подхватить шутку, но нам помешали крики со стороны сувенирной лавки:
