– Благодарю, – кивнул ему вслед мастер Ланди и снова взглянул на первокурсников: – Мастеру Баркли я, разумеется, об этом сообщу. Мистрис Маккуин, вам придется принять то, что ваша кошка побывала за Вуалью Фейри и никогда не станет прежней.
– Да она не особо и побывала… – вмешалась Элли, уже чувствуя себя увереннее. – Туман-то вон где.
Белесая дымка действительно вновь отстранилась от забора, едва она схватила кошку.
– И тем не менее, – никто до этого и подумать не мог, что преподаватель травозелья и медитации может говорить настолько строгим голосом, – надеюсь, теперь всем понятно, что такое мир бессмертных? Будем считать, что мы еще легко отделались. А вы, мистрис О’Ши, несмотря ни на что, большая умница. Что вы почувствовали?
Элинор задумалась на несколько мгновений, потом пожала плечами.
– Да в общем-то ничего. Просто вспомнила слова мистрис Катрионы, что туман мне почему-то не вредит.
Мастер Ланди оглядел притихших первокурсников.
– Тогда, пожалуй, будем возвращаться в школу. Урок усвоен, и это главное.
Элли подошла к Эниде и погладила кошку. Животное слабо мяукнуло. Ее хозяйка, до этого только моргающая по сторонам круглыми от страха глазами, наконец-то смогла заговорить:
– Элинор, ты теперь моя героиня! Даже не представляешь, как я тебе благодарна! Как ты не испугалась, как успела?
Элли улыбнулась и снова пожала плечами.
– Просто наитие, интуиция, ощущение, что мне нечего бояться.
– Почему нельзя просто сказать как есть? – Джулиан приподнялся с края стола, где по обыкновению сидел.
Персиваль бросил на того беглый взгляд и молча качнул головой.
– Нельзя, – ответил он после короткой паузы.
Джулиан слегка взлохматил пятерней свои и без того вьющиеся волосы.
– Никогда этого не понимал. Зачем скрывать важную информацию из страха кого-то расстроить или шокировать? Есть вещи, которые человеку знать просто необходимо.
Преподаватель травозелья быстро и запальчиво прошелся по классу. Директор, воспользовавшись тем, что теперь его стол свободен, сел за него.
– Особенно если это касается семьи. Особенно – просто насмешка какая-то – когда это знают буквально все вокруг! И молчат?!
– Нельзя, – мягко повторил Персиваль. – Это не человеческие страхи и желания, это договор с бессмертными. Она должна понять сама.
Джулиан с досадой хлопнул себя по колену, но уже через секунду с улыбкой поднял руки, показывая, что сдается.
– Что ж, тогда я пойду.
– Не так быстро, – остановил его Персиваль. – Я сам хотел поговорить насчет порталов, но ты пришел сам, да и разговор в тему.
Джулиан послушно притормозил и повернулся к столу.
– Мне должно достаться? – похоже, он догадывался о предмете беседы.
Директор покачал головой.
– Не от меня. Но могу пригласить мистрис Хили. Порталы – это тот же туман, и они действительно опасны. Без преувеличений.
– Это я как раз учел. Поэтому мне и пришлось… – Джулиан улыбнулся более явно, – оставить ученицу у себя до утра.
Персиваль тоже улыбнулся, но едва заметно.
– Мистрис Макферсон забила тревогу, что ее соседка не приходит ночевать, хотя на уроках появляется с завидной регулярностью. А мистрис Мэддокс, как я понял, не собиралась поверять той свои девичьи секреты.
– Кобольды проболтались? – уточнил Джулиан.
– Если бы только они! Впрочем, учителями к нам по определению попадают нарушители правопорядка, исключение здесь лишь я. – Директор улыбнулся чуть шире. – И я никогда не пытаюсь выспросить больше, чем человек хочет мне сказать, о тех причинах, что привели его к нам.
– Здесь мне нечего скрывать, – кивнул преподаватель травозелья. – Я был единственным, кто усомнился в вине Драммонда и Макферсонов. Отчего-то магистр очень спешил засадить их, и это показалось подозрительным. Я, хоть и работал в Магистериуме первый год и не особо их знал, все же решил, что на убийц и заговорщиков эти семьи не похожи.
Он криво усмехнулся.
– И передо мной поставили выбор – в камеру по соседству или сюда, учить их детей. В темницу отчего-то не хотелось… тем более после моих собственных разработок, которые теперь применяют при допросах. А школа… Показалось интересным, и я до последнего был уверен, что многое тут преувеличивают. Теперь убедился, что нет.
Джулиан немного помолчал.
– И меня уже совершенно не тянет тухнуть в Магистериуме. Я бы не хотел теперь отсюда уходить. Здесь, конечно, как на подводной лодке. Но ведь интересно!
– Теперь мы тебя сами не отпустим, – ответил Персиваль. – Никто не против ваших индивидуальных занятий. Мне важно, чтобы вы не бродили по коридорам ночью. В своих комнатах можете делать что угодно. И по поводу последствий… не буду советовать, какие травы от чего заваривать. Сам разберешься.
– Уже понял, – тряхнул шевелюрой Джулиан.
