— А потому что выполнила свою задачу. Нарисовала портрет понравившейся ей девушки и забыла его на скамейке, портрет нашел парень и влюбился в девушку. Они поженились и, кстати, до сих пор вполне счастливо живут.
— И мир был спасен?
— Ну, не всегда странник должен спасти мир. Иногда он должен спасти одного человека. Да и кто знает, может, сегодня ты помогла бездомному ребенку, а через десять лет он изобретет зелье, исцеляющее все болезни?
— То есть я могу в любой момент куда-то исчезнуть?
Надо сказать, я основательно разволновалась. Моя нервная система не переживет, если я еще куда-нибудь попаду. А если там будет кто-то вроде Джера, то помру во цвете лет от передозировки сарказмом.
— Ты почувствуешь, я ведь сказал. Поймешь, когда придет время идти дальше.
— Погоди, я не поняла, а как вы вообще узнали, что такое странник и начали их учить?
— Смотри, — Енот достал откуда-то лист и карандаш, — вот так выглядит спираль миров. Вот здесь — Великая Пустота, в которой рождаются новые миры, а вот здесь располагаются уже существующие. Мы находимся как бы в начале и нередко становимся первым миром в путешествии странников. Но иногда их заносит к нам не сразу. А как узнали… мы ведь тоже книжный мир. Когда-то писатель написал о нас, появился мир, шла его история. А после появились странники, и мы начали их учить. Такая уж судьба.
— Не поняла… — Я нахмурилась. — То есть какой-то писатель придумал ваш мир и странников, а потом они и вправду стали появляться, или что?
— Да нет же! — Енот от возмущения дернул ушами. — Ты не понимаешь, Алена! Даром что сама писатель. Писатель придумывает мир и историю, а потом он развивается сам. Ты видела Книгу? Видела. Там описывается история, которая произошла несколько сотен лет назад, сейчас мы уже не зависим от воли автора. Поэтому, собственно, Роман и представляет угрозу. Впрочем, будь здесь автор, все было бы намного проще.
— Почему?
— У автора мира самая сильная магия в нем. Ты в своем мире королева, Аля, а в нашем…
— Понятно, — вздохнула я. — Мрачный у вас мирок.
— С твоим появлением он стал светлее.
— Мне приятно. Можно я не пойду наверх, а еще посижу тут?
— Я, пожалуй, тоже пока не буду выходить, — усмехнулся Енот. — Там есть кому дежурить. Только давай смахнем пыль и устроимся удобнее.
Пара минут — и подвал засиял чистотой, а из недр хлама Енот откопал диван, который вскоре стал как новенький. На нем мы и разместились: я в полный рост, Енот свернулся калачиком в ногах (наказав никому и никогда не рассказывать, что он так лежал!).
Первоначальный план был поваляться немного и, когда наступит ночь, вернуться к цивилизации, но на мягком диване было значительно удобнее, чем на полу, а еще Енот приятно грел ноги. Я поняла, что засыпаю, но уже в тот момент, когда прервать эту сладкую дрему не оставалось ни сил, ни желания.
— Алена! — меня разбудил вопль, полный ужаса и паники.
— Что случилось? — Я села и потерла глаза.
Быстро вспомнила, что уснула в каком-то подвале, на диване, с Енотом. В нагрузку к этому странному воспоминанию вспомнила еще и то, как в подвале оказалась. Сегодня обида была не такой мерзкой, так что я вполне была готова выйти к людям.
А вот Енот — нет.
Он был в гневе. Вряд ли кто-то из живущих в моем мире людей видел разгневанного Енота, который на двух лапах бегает из угла в угол и отчаянно матерится. И уж тем более никто не видел почти лысого Енота. Я с трудом сдержала улыбку.
— Ну да, здесь полно моли, — вздохнула. — Надо было догадаться. Вон, шапка вся изъедена, а мы и не заметили.
— Я же не шапка! — взвыл Енот.
Я благоразумно промолчала и сочувственно погладила его по лапе.
— А ты не можешь вырастить новую шерсть? Ты же диван облагородил.
— Могу, но не сразу! Диван же не натуральный. А тут надо запустить рост, ускорять его. Это пара дней, а как я на людях покажусь?
— Не показывайся, — предложила я.
Зря предложила. Енот окончательно пал духом и ругался уже вяло, вполголоса. Согласна, обидно. Но еще и смешно, потому что Енот с проплешинами мгновенно из серьезного умного существа превратился в драную кошку. Ему бы еще промокнуть — и можно завоевывать сердца сердобольных старушек.
— Пошли, я проголодалась. — Я встала и поправила изрядно помявшееся за ночь платье. — Успеешь убежать в кабинет, пока никого нет. А там начнешь растить шерсть.
Если верить часам, мы проспали завтрак и сейчас как раз все на учебе. Я пропускаю местную физру, какая жалость — не побегаю по холоду пару километров.
План рождался в голове всю дорогу до холла. Душ, переодеться, выпросить у тетушки Дарлы поздний завтрак, библиотека. В библиотеке я хотела почитать про ту историю, что говорил Енот. Мы как-то странно изучали мир, потому что про писателя и изначальную книгу никто так и не рассказал. Все какие-то завоевания, объединения. Скукота.
Но если бы все мои планы реализовывались должным образом, я бы не была в школе, а защищала диплом где-нибудь в Челябинске и в ус не дула. Обстоятельства непреодолимой силы, как всегда, вмешались и не дали мне передышки.
