Конечно, пляж был пуст. Надо вернуться, не хватало, чтобы Енот потерял еще и меня. Лишь на горизонт я бросила последний взгляд. Сколько всего там, за морем. Другие континенты. Енот говорил, мир не слишком большой. Сколько еще городов есть в этом мире? Они ведь даже не подозревают, что Роман мечтает сравнять здесь все с землей. И мало кто знает почему. А тот, кто знает, сейчас неизвестно где. И не факт, что жив.
Я подавила дрожь и развернулась, чтобы вернуться к остальным.
Сначала увидела тень, потом ощутила холодный воздух от взмахов крыльев, а потом уже увидела горгулью, опустившуюся передо мной на песок. Тантос… так назвал ее Роман в нашу первую встречу. Горгулья выглядела почти так же, за исключением глубоких трещин от разрушения, которые изнутри чуть светились мерзким красноватым светом. Каким-то образом Роман смог восстановить горгулий и снова использовать их.
— Странница, — скрипучим голосом произнес Тантос. — Ты пойдешь со мной.
— Это сильно вряд ли, — хмыкнула я. — Это тебя сейчас на кусочки обратно разберут. Раз первого раза не хватило.
Красные глаза-рубины смотрели прямо в душу, бесстрастно и холодно, несмотря на огненные оттенки.
— Ты вольна выбрать, — горгулья склонила голову, — но и мы вольны избавиться от пленницы.
— Джилл, — вырвалось у меня.
— У меня мало времени, странница. У тебя тоже. Решай.
Мысли калейдоскопом заметались в голове. Позвать Енота? Рассказать остальным? Но я не знаю, на что способен Роман, не знаю, в каком состоянии Джилл. И в то же время это так безрассудно, так опрометчиво.
Сам погибай, а товарища выручай. Нам говорили, эта поговорка далеко не всегда верна. Но Джилл не товарищ, Джилл… ребенок, девочка, доверившая мне свою дружбу. Понадеявшаяся на меня. И представить, что можно оставить ее у горгулий и побежать за советом к Еноту, я просто не могла.
— Хорошо, — немного нервно кивнула я. — Я пойду.
— Прошу, миледи, — издевательски поклонился Тантос, подставляя спину.
При мысли о том, что придется лететь верхом, меня охватила дрожь. Но отступать было поздно.
Земля приближалась так стремительно, что я зажмурилась. Но удара не последовало, горгулья приземлилась довольно мягко и я, чувствуя, как дрожат ноги, спустилась на землю. От контакта с твердой неподвижной поверхностью я почувствовала настоящее счастье, если вообще его можно было в такой ситуации испытывать.
Тантос терпеливо ждал, пока я разомну ноги и осмотрюсь. Мы улетели достаточно далеко от города. Я была так напугана полетом на огромной высоте, что не рассмотрела толком местность. Лишь различила внизу очертания моста и постаралась загнать как можно глубже мысли о том, как этот мост собираются использовать близнецы. Просто не всякий случай.
По правую от меня руку виднелась заброшенная деревня. Покосившиеся домики, обветшалые строения, груды мусора и остатков былой, наверняка бурной, рыбацкой жизни. И в сравнении с деревушкой особенно нелепо смотрелся замок Романа. Он возвышался над долиной, как огромный неповоротливый исполин. И выглядел чужеродным, нелепым. Почти черный, обвитый ветвями вьющегося растения алого цвета, словно светящегося изнутри. При виде налитых красным свечением стеблей мне делалось дурно, так что я старалась на них не смотреть.
Окна чернели темнотой, ко входу вела широкая, вымощенная камнем, лестница. Я шла медленно, и Тантос был чуть впереди. Горгулья с грохотом преодолевала подъем. Мне вдруг подумалось, что Роман наверняка знает о нашем прибытии. Машинально я подняла голову к окнам, но, конечно, ничего там не увидела.
У самого входа Тантос меня покинул, резко взмыв в воздух. Я наблюдала, как горгулья устраивается на площадке на крыше замка и постепенно огонь внутри гаснет, превращая ее в обычное каменное изваяние, испещренное трещинами. А дверь в это время медленно открывалась.
Огромный зал с уходящей вверх винтовой лестницей был пуст. Серый пол был настолько отполирован, что можно было видеть свое отражение в нем. Слабого света от небольших окон не хватало для освещения замка. Мои шаги звучали неприятно громко. Я остановилась в центре и задрала голову. Лестнице не было видно конца, словно замок простирался бесконечно вверх.
— Добро пожаловать, — голос Романа наполнил помещение звуками, — в мой скромный замок, Алена. Жаль, что ты посещаешь его при столь печальных обстоятельствах.
Но как бы эхо ни разносило его голос, я сразу определила источник звука. И действительно разглядела в полумраке знакомый мужской силуэт. Роман стоял поодаль, в тени колонны.
— Где Джилл? — мой голос на удивление звучал относительно уверенно. А куда было деваться?
— Она в безопасности, можешь не беспокоиться, Странница. Я не стал бы мучить ребенка.
Я не удержалась и многозначительно хмыкнула. Проклинать беременную женщину — очень гуманно. Ровно как и намереваться уничтожить вообще весь мир. Ребенка он не мучает.
Но вслух я сказала другое:
— Тогда отпусти. Джилл тебе не нужна ведь, да?
