Линли подошел к окну. Отсюда был виден двор, а по ту сторону двора возвышалась колокольня. Едва ли хоть один воспитанник Бредгара, стремящийся показать, из какого он теста, мог устоять перед соблазном и не взобраться под небеса. – Расскажите подробнее, что вы знаете насчет справки, освободившей Мэттью Уотли от участия в футбольном матче в пятницу.
От полицейских Питта отделял стол. Он с силой уперся в него костяшками пальцев– кожа на них потрескалась, покрылась ранками.
– Что тут рассказывать? Обычная справка из амбулатории. На ней стояло его имя, а больше ничего не было.
– Подписи не было?
– Вы имеете в виду подпись Джудит Лафленд? Нет, подписи не было.
– Разве на справке об освобождении от занятий не должно быть заверяющей ее подписи медсестры?
Питт начал переминаться с ноги на ногу, провел рукой по последним прядям засалившихся волос, извлек задубевший локон, цеплявшийся за левое ухо.
– Вообще-то она их обычно подписывает.
– Обычно? Но на этот раз подписи не было?
– Я уже сказал вам об этом, инспектор.
– Однако вам не показалось нужным перепроверить бюллетень?
– Я не стал проверять.
– А почему, мистер Питт?
– Времени не было. Я и так опаздывал, спешил на игру. Почему я должен был обратить особое внимание на эту справку? Я просто подумал, что Мэттью Уотли опять взялся за свое, как и три недели назад. Подумал– опять он симулирует, надо с ним разобраться. И об этом тоже позабыл. Можете арестовать меня за это, инспектор.
– Что было три недели назад?
– Он принес мне справку об освобождении. В тот раз она была подписана Лафленд и мальчик доставил мне ее самолично. На мой взгляд, он просто прикидывался, напустил на себя больной вид и покашливал, но если Лафленд приняла все за чистую монету, мне ли об этом судить? Я взял справку, и он пошел.
– Куда пошел?
– В постель, полагаю. В свою комнату. Или в комнату для домашних заданий. Понятия не имею. Я за ним не следил.
– На мой взгляд, повторная справка об освобождении всего через три недели после первой, к тому же в отличие от прежней неподписанная, могла бы возбудить в вас некоторые подозрения, мистер Питт.
– Ну вот, не возбудила. Я только глянул на нее и бросил к прочему мусору. – Питт взял со стола кусок мела и принялся катать его по ладони, подталкивая большим пальцем. Снаружи послышался звонок, предупреждающий за пять минут о начале урока.
– Вы сказали, что уже опаздывали. Но ведь дело было после ланча. Или вы куда-нибудь отлучались?
– Я был у себя, в «Галатее». Я… – Он тяжело вздохнул, но взгляд его оставался твердым, и голос звучал агрессивно. – Ладно, если вам обязательно это знать, я поссорился с женой. Пока скандалил, совсем забыл о времени. Я бы и не заглянул в свой ящик и понятия бы не имел об этой бумажке, но я прихватил из дома пачку бумаг, а когда глянул на башенные часы, понял, что не успею отнести их в свой кабинет, и свернул в учительскую. Мне нужно было примчаться на площадку, пока мальчики не начали ее перепахивать.
– Что уж такого страшного, если б вы и опоздали на пару минут? Неужели вам было необходимо все бросить и бегом бежать на площадку?
– Локвуд не прощает опозданий. Тем более в моем положении, когда жена то и дело прикладывается к бутылке… Сказать по правде, инспектор, у меня были в тот момент дела поважнее Мэттью Уотли.
Снаружи в холле собирались ученики. Сержант Хейверс не отступала от двери. Глянув в ее сторону, Питт резко бросил кусок мела на стол.
– У меня урок! – напряженно проговорил он. Линли спокойно продолжал:
– Насколько я понял, вы с мистером Локвудом не очень-то ладите.
Под глазом Питта задергалась жилка, и то был самый красноречивый ответ.
– Локвуд хочет вышвырнуть меня отсюда, я не вписываюсь в вымечтанный им образ Бредгар Чэмберс. Он добирается до меня с первого дня, как сделался директором.
– Но до сих пор так и не смог вас уволить.
– Несмотря на мою супружницу и на мой внешний вид, я хороший преподаватель. Мои ребята сдают выпускной экзамен на отлично. Ему приходится мириться со мной – со мной и с тем обстоятельством, что мне известно о нем куда больше, чем другим преподавателям. – Питт явно рассчитывал продолжить разговор на эту тему, и Линли охотно подыграл ему:
– А именно?
– Мне известно его прошлое, инспектор. Уж
Да уж, Питт умел разыгрывать свои козыри, добиваясь максимального эффекта. Вероятно, так он вел себя и с начальниками, и с коллегами. Вряд ли это снискало ему особые симпатии.
– Мистер Питт, у вас вот-вот должен начаться урок, – напомнил ему Линли. – Мы бы гораздо быстрей закончили этот разговор, если б вы говорили по делу.
